Вариант третий. Приемлемый. Так вышло, что вдоль всей Трассы была выкопана весьма глубокая ливнёвка. Поросшее крапивой препятствия для усталого путника, которому приспичило справить нужду в лесочке. Учитывая протяжённость Трассы, я даже близко не берусь рассчитывать водоизмещение этой титанической канавы, но! Если спускать в неё воду потихоньку и быть готовым в любой момент закрутить этот вентиль, то почему бы и нет?
На том я и остановился.
Несколько дней сэр Додерик вёл канал по дну болота от стоянки на восток, – чтобы уйти подальше от города, – ну а сегодня мы наконец-то повернули и даже дошли до лесной опушки. А дальше самое сложное. Дальше взрывы будут греметь на поверхности.
Но это будет завтра, а на сегодня всё.
– Сворачивайся, – приказал я Доде.
Тот развоплотил свою боевую форму, и дети явно расстроились. Я же пересчитал гоблинят по головам, попросил Додерика не потерять никого в пути, запрыгнул на Рудольфа и по берегу поскакал в сторону стоянки.
Поскакал, доскакал, помахал рукой дозорным.
Связанные воедино стволы высоченных иномирных сосен с мокрым чвяканьем упали у моих ног, и прямо по ним я заехал на стоянку. Спешился, осмотрелся. Всё как обычно, вроде бы. Всё, как всегда. Вот только рожи у гоблинов такие довольные, что аж противно становится.
– Отличный денёк, не правда ли?! – бросила мне проходящая мимо гоблинша с плетёной корзинкой, доверху набитой жабами.
– Здравствуйте, Владыка! – кивнул воин в оранжевой каске. – Хорошо выглядите!
– Добрый день! – и ещё один гоблин вдруг свернул с траектории движения, подошёл и принялся трясти мне руку. – Хотел поблагодарить лично! Я даже не подозревал, что в плену может быть так здорово! Спасибо вам, Владыка! Спасибо за всё! Э-э-эх! – и побежал прочь вприпрыжку.
А я стоял и думал: какого чёрта? Не то, чтобы в Разящем Весле было запрещено радоваться, просто… в Разящем Весле было запрещено радоваться без причины! Совсем охренели?! У нас вся работа разом позаканчивалась что ли?!
– Кхм-кхм, – сзади появился Жабыч.
Вождь широко улыбнулся, прищурился от солнышка, а затем вытянул перед собой огромную мозолистую ладошку. На ладошку села стрекоза.
– Знаешь, Владыка, – сказал он. – В такие дни я часта задумываюсь о жызни. И знаешь што? Жысь, она ведь как эта стреказа. Вроде бы херня пучоглазая, но…
– Стоп! – я прогнал насекомое. – Что у вас тут происходит?!
И тут вдруг понял, что слышу музыку. А поверх музыки приятный женский голосок пел о том, что за розовым морем на синем побережье в горах притаился зелёный городок.
– Так…
Отодвинув Жабыча, я зашагал к Великому Магнитофонному Пню, вокруг которого собралась целая толпа.
– Разошлись! – рявкнул я.
Гоблины действительно разошлись и мне открылась следующая картина: синекожий гоблинёнок Игорь смущённо улыбался, в то время как Её Благородие Шамурская гладила его по голове. Но вот, Шампурелла заметила меня и резко переменилась в лице; как будто призрак увидела.
– Владыка, не наказывайте его! – закричала она. – Накажите меня! Это я не уследила! Это я виновата!
И тут я понял за что мне следовала наказать Игоря: на пне лежал мой мобильник. Ну… точнее то, что от него осталось. Экран отдельно, крышка отдельно, а проводки, болты и микросхемы аккуратно рассортированы рядом с магнитофоном. Внезапно, с РАБОЧИМ магнитофоном.
– Кхм, – сперва я аж потерялся. – Это он сделал?
– Да, Владыка! – кивнула Шампурелла. – Пожалуйста, не наказывайте его! Он хотел как лучше!
– Так, – я оглядел замершую толпу. – За работу! Живей-живей!
Затем дождался, когда гоблины рассосутся и присел рядом с Игорем на корточки. Попытался высмотреть в малом магический шарик, но так ничего и не увидел.
– А как ты это сделал? – спросил я, на что синекожий лишь пожал плечами. – Тебе это интересно, да? – кивок. – А что, если я принесу тебе ещё всяких сломанных штук с проводками? – кивок. – Посмотришь? – кивок-кивок-кивок; гоблин замотал головёшкой так, будто я предложил ему в парк аттракционов сходить.
Ага. Дара нет. И стало быть, это не магия. Это у него так мозги работают. Его учили клюкву собирать и палками драться, а он вон чего умеет. Вот и Избранность подъехала, о которой его дед говорил. Интер-р-р-ресно.
– Не разговаривает? – спросил я у Шамурской.
– Нет, Владыка.
– А читать умеет?
– М-м-м… я не проверяла.
– Если не умеет, то научи. Я принесу книжки. Всё, что только смогу найти по теме. Кажется, у нас тут болотный гений растёт, – я аккуратно похлопал Игорька по щуплому плечу, распрямился в полный рост и обратился к Шамурской: – Пойдём, разговор есть.
– Да, Владыка.
Вместе с Её Благородием, мы вошли в избу. Внутри с недавних пор тоже произошли некоторые изменения. Раньше помимо Трона Вёсел здесь не было ничего, теперь же появился длинный стол с лавками для пиров высшего гоблинского сословия и «уголок Менделя».
