Я присмотрелся — и вынул одну из спиц из её прически. Длинная и острая, как шило, она подошла идеально.
— Прости, я возмещу потом.
Сковырнув край плотно скрепленной пластиковой коробочки, я поддел крышку — и с величайшей осторожностью потянул вверх. Капля пота скатилась по виску, оставив соленый привкус на губах. Кто знает, может и на вскрытие стоял свой датчик подрыва? От напряжения меня бросило в жар, да и Руи ощутимо волновалась, не сводя глаз с моих рук.
Наконец, крышка отделилась. Внутри оказалась простенькая схемка с несколькими индикаторами, микросхемой, приемником и замыкателем.
— Теперь твой черёд.
Руи взяла спицу и, словно колдун из сказок, несколько раз провела пальцами над мигающей огоньками схемой. На её щеках проступили бисеринки пота, а лоб сморщился от напряжения.
— Вот это — замыкатель, — она направила кончик спицы на крошечную микросхемку. — Через него должен идти сигнал на подрыв.
— Уверена? нахмурился я. — Сама знаешь цену ошибки.
Пожевав губу, Руи указала на центральную схему.
— Вот сюда приходит сигнал от антенны, — её палец скользнул в сторону. — Это блок контроля датчиков в бочках. Ты прав, если бы мы вынули датчик из одной, две других взорвались бы сразу. Но сигнал на подрыв идёт только через эту схему. Она сейчас неактивна… резать нужно здесь.
Её рука застыла над схемой и мелко задрожала. Девчонке было страшно, и я её понимал.
— Я сам. Дай спицу.
— Н-не могу, — она напряженно улыбнулась, приподнимая руку. — Пальцы не слушаются…
Вытащив инструмент из её одеревеневших пальцев, я аккуратно поддел схемку, отгибая её на ножках от платы. Примерился — и коротким ударом перебил бронированную дорожку, ведущую к детонаторам.
На миг в душе всё сжалось от ожидания взрыва. Руи даже зажмурилась… но ничего не произошло.
— Готово, — я рывком оторвал коробку-детонатор от бочек и швырнул в стену.
— Слава Перуну, — облегченно выдохнула она. — Теперь всё в порядке, да?
— Боюсь, что нет, — я покачал головой. — Здесь заряда хватило бы только на пятую часть дворца, максимум треть.
— То есть?.. — моргнула девушка, и даже в темноте я заметил, как она побледнела.
— То есть где-то в этом огромном здании есть и другие бомбы.
— Как и было сказано, Ядро владыки грома надлежит вернуть совету.
Меднокожий посланник с перевитым цепями гримуаром на поясе зашагал к трону. Сирин, державшая в руках пульсирующее алым светом ядро, шагнула навстречу, но ее остановила рука хозяина.
— В чем дело? — остановившись, маг приподнял бровь. — Вы е уважаете решение совета, под которым сами подписались?
— Уважаю, — государь обвел внимательным взглядом всех троих магов, стоявших перед ним. — Но кто-то из вас может обещать, что не решит призвать владыку снова? Или ему не велят это сделать.
Трое переглянулись. Хранители императорских кодексов, как и он сам, были связаны клятвами и обещали не допустить ужасов последней войны. Но он лучше всех знал, на какие каверзы готовы пойти люди ради получения преимущества перед своими соперниками. Любую клятву можно переступить, если того требует ситуация.
И никакая чушь про единство и общие цели не могла их переубедить.
— А вы можете обещать, что не используете ядро против других? — подбоченясь, ехидно спросила высокая женщина с ярко-алым гримуаром. — Вы, Николай, уже владели одним ядром. Где же оно сейчас?
— Утеряно, — на лице государя не дрогнул и мускул, но внутри он скривился. — Мы уже давно решили этот вопрос. Ядро хранилось у нас десятки лет и никому не угрожало. В отличие от выходки вашего товарища, поставившего человечество на грань новой войны.
— Я уже говорил… — начал английский хранитель, но император перебил его.
— Твоя ошибка могла стоить жизни миллионам. И я предупреждаю тебя — и вас всех, — очередная попытка его пробудить, не важно ради чего, может привести к катастрофе.
— Катастрофе, да? — меднокожий усмехнулся. — Чем беспокоиться за нас, лучше бы подумали о себе, сударь. Насколько мне известно, в Российской Империи дела идут не самым лучшим образом, не так ли?
Император со скрипом стиснул подлокотник, сдерживая всколыхнувшийся гнев. Его аура хлестнула в стороны, и ядро в руках Сирин запылало с новой силой.
Государь уже знал о волне диверсий, только что прокатившейся по всем уголкам Империи. Но откуда об этом узнал меднокожий подонок?
— Внутренние дела Империи вас не касаются, господин Макао, — наконец, произнёс он. — Как нас не касаются дела Бразильской Автократии.
— Ядро, — он протянул руку, стирая улыбку с лица. — Совет определил меня хранителем ядра владыки грома. И вы согласились с его решением. Подчинитесь!
Его слова резанули по ушам.
Император встал с трона. Свет в ярко освещенном зале замигал, тускнея, а воздух наполнился стойким запахом озона. Хранитель кодекса Макао поежился от пробежавших по коже разрядов, а потому не заметил, как два его товарища напряглись, кладя руки на гримуары.
