Я обернулся и машинально зачерпнул обеими руками энергию бездны. Липкая черная жижа наполнила руки, но теперь она не вызывала прежнего омерзения и страха.
Могучая сила пульсировала в моих руках, собравшись на кончиках пальцев, как раскаленные капли металла.
Мой кулак сжался — и ослепительный луч света прорезал полумрак. Огненная дуга скользнула по деревьям, превращая вечер в полдень.
Ослепительный столб пламени с рёвом и гудением промчался между стволов, снося и разрывая их на части. Искорёженные деревья вспыхнули как спички, падая на задымившуюся землю.
— Это их задержит! — я обернулся к Полине. — Беги направо, им нужен я, а не ты! Я ухожу!
— Стойте, сударь! — она снова вцепилась в мою руку и прижала её к груди. Большие глаза Поли смотрели на меня в мольбой и отчаянием. — Я… давайте уйдем вместе!
— Ты не понимаешь…
— Эй, Поля!.. — раздался знакомый крик из глубины чащи за ее спиной. — Сюда!
— Это… мои друзья. — она виновато улыбнулась. — идёмте со мной, вместе мы спрячемся от Императора. от кого угодно! Мы сможем бороться!..
— Поля, опричники все равно нас найдут, — я покачал головой.
— Тогда давайте просто сбежим! — в отчаянии крикнула она, и в ее глазах блеснули слезы. — Слава, давай просто сбежим вместе, ты и я! Прошу тебя, умоляю! Уйдём вместе! Я… я люблю тебя, и мне всё равно, князь ты или ещё кто!
— Поля…
— Давай сбежим от всего этого, из Империи, хоть куда! Я просто хочу быть с тобой!
Я смотрел в её искренние, полные слёз глаза, и ощущал, как сердце сдавило тисками боли.
Чёрт возьми. Как бы это было здорово. Сбежать вместе.
А ведь она всегда меня любила. Искренне и беззаветно. С самого детства.
Хотелось обнять её колени и извиниться за всё. Что знал о её чувствах, но спал с другими, что порой не воспринимал всерьёз. Что делал ей больно, когда и сам не знал об этом.
Что ни разу не сказал «спасибо», хотя она всё это время берегла в себе тепло и любовь, которыми всегда со мной делилась.
Мой последний луч света, свеча в окутавшей меня тьме.
— Я не могу уйти, Поля, — прошептал я, глядя в её глаза. Ладонь коснулась её мокрой щеки и большим пальцем я стёр скатившуюся слезинку.
Ни один мускул не дрогнул на моём лице. Но она всё поняла по моему взгляду.
Чтобы спасти её, и всех из рода Вайнеров, я должен сам затушить последний огонёк надежды.
А за её спиной показались молодые парни с разношерстным оружием, спешащие к нам. Повстанцы… так вот о ком она говорила.
— Я не понимаю… почему? — пролепетала Поля. — пожалуйста… хоть раз будь эгоистом и выбери меня!
Её слова резанули сердце сильнее кинжала.
— Есть вещи важнее только меня и тебя. Все вы. Мой род, — тихо ответил я. — Уйду сейчас — пострадают сотни и тысячи людей. Я не смогу жить, зная, что мог остановить это безумие, но просто ушёл.
— Княжич, — выдохнула она, и её пальцы, сжимавшие мои, ослабели.
— Прости, Полина, — я выпустил её руку. — Беги!
Со стороны пылающего леса раздались отрывистые автоматные очереди. Ветки над нами срезало шальной пулей, на землю посыпались листья.
— Полька, уходим скорее! — крикнули из чащи, и к девчонке побежали сразу двое простолюдинов.
Облекшись щитом, я бросился к стрелявшим.
— Забирайте её, придурки, и валите отсюда! — крикнул я подбежавшим повстанцам. — Ну, чего ждете?..
Они что-то бросили в ответ и, схватив полю, потащили ее в чащу, но этого я уже не видел.
Враг был впереди.
Сжав руки, я наполнил их альвой — и энергия вытянулась в два серебристых меча. Воздух и деревья вокруг задрожали от гула моих щитов.
— Идите сюда, уроды.
Альва огненной волной прокатилась по руке, принимая форму изогнутого меча. Больше не было жгучей боли, головокружения от концентрации, слабости в теле — альва стала продолжением меня. Послушной и податливой, как пластилин.
Из-за горящих деревьев слышались крики опричников. Им вторили полные боли вопли тех, кого завалило полыхающими стволами. Среди выедающего глаза смрада в рыжих всполохах виднелись то ли обломки ветвей, то ли изломанные руки, тянущиеся вверх.
Это не я пришел на вашу землю, а вы.
Вы приставили стволы к вискам моих слуг, моей семьи и друзей.
Однажды вы уже отняли у меня всё. Тогда я не смог дать отпор.
Но не сейчас.
— Уводите Полю, — шепнул я, прислушиваясь к шорохам бунтовщиков за спиной. — Если хоть волос с её головы упадет…
Над головой прострекотала очередь: среди деревьев, огибая пылающий завал, показались люди в черных плащах. Опричники.
Мгновенно присев, я метнулся им навстречу и ушёл в скачок.
Мир расцветился разноцветными пятнами альва-аур. Маги неудержимо рвались вперед, вокруг них светились могучие барьеры. Опричник в сером плаще высочил из-за дерева, заметив меня, и вскинул руки.
Одним броском преодолев разделявшие нас метры, я взмыл над громадным пнём и взмахнул мечом. Лезвие вспыхнуло как солнце и полоснуло по магу, окружившему себя каменной бронёй.
Клинок с шипением рассек щит и плоть бойца. Из раны ударили струи крови, на ходу превращаясь в багровый пар. Пихнув обезглавленное тело на землю, я бросился к следующему, как раздался жуткий треск.
