Прошло время, яйцо начало трескаться. Она ждала с замиранием сердца. Глаза приковались к мелким трещинкам.
Удар изнутри, кусок откололся, ещё удар и показалась маленькая головка птенца с чёрным оперением.
– Ты похож на него, на ворона, но я всё равно люблю тебя, – погладила его пальцем по мягкой головке.
– Кар, – малыш открыл клюв и попросил еды.
«Так вспоминай, что ты изучала про наших новорожденных. Я должна в первый раз покормить его в человеческой ипостаси и тогда он будет также легко обращаться как все мы», – она взяла воронёнка на руки и приложила к груди, придавливая её, чтобы капнуло молоко в открытый клюв воронёнка. Он сглотнул и в одно мгновение обратился в ипостась человеческого малыша и такого прекрасного, что у неё перехватило дыхание.
– Какой ты красивый! Любимый мой.
Дверь распахнулась, и тяжёлой поступью вошёл Грег. Его лицо побагровело, когда увидел, что она кормит ребёнка.
– Госпожа! Что вы делаете? Это запрещено нашими законами! Вы же даёте ему силу. Его надо казнить. Сегодня же. Собирайтесь. Я иду объявить, что ублюдок вылупился. На площади разожгут костёр.
– Нет!
– Вы не смеете противоречить закону, – его глаза потемнели как небо перед бурей, а дужка стала похожа на молнию. Он подошёл и вырвал дитя, держа его за горло. Малыш начал кричать и каркать, кряхтя от удушения в тяжёлой руке. – Ублюдок ворона.
– Не надо! Не трогай моего ребёнка, – она подскочила и кинулась вырывать дитя, но тщетно. Грег отвернулся. Сакура в рыданиях сползла по его ноге, крепко обнимая.
– Оставь его в живых. Можешь отдать воронам, только не убивай.
– Это невозможно, – его низкий голос больно резал по сердцу.
– Я сделаю все, что ты захочешь. Ты же мужчина и давно нуждаешься в женщине. Умоляю, об этом никто и никогда не узнает, только не убивай моё дитя, – она начала снимать с него штаны из тонкой замши. Грег швырнул ребёнка на постель и в изумлении замер.
– Вы готовы так унизить свою королевскую душу? Ради чего?
– Ради моего дитя, – орлица, не обращая внимания на жалобное карканье воронёнка, достала его член и начала поглаживать.
Он, негодуя, хотел её оторвать, но не смог. В данной совершенно нестандартной для него ситуации, не хватило силы воли. Сакура не дала ему этого сделать, усиленно лаская как могла. Её нежные руки мягко сжимали его яйца. Возбуждению сурового воина не было предела. Он опустил затуманенный страстью взгляд на неё.
– Вы с ума сошли… – еле выдавил из себя.
Она продолжила ласки, а через некоторое время орёл оргазмировал прямо ей в руки.
– Оставь его в живых.
– Но что я скажу всем? – его взгляд, помимо воли, потеплел.
Малыш уже не кричал и не каркал, он, будто понимал, на что идёт его прекрасная и сильная мать ради него.
Сакура встала и разделась.
– Можешь взять меня как захочешь.
– Не надо… – Грег подсознательно отступил назад, пребывая в полном шоке, не только от поведения госпожи, но и от самого себя, что не смог остановить её. Не хватило никакой силы, почувствовав эти нежные руки. Ему давно уже хотелось заиметь женщину, но… только не её, не госпожу, осквернённую поганым вороном. Он наспех заправился и выскочил, как ужаленный, за дверь. Встал у стены и закрыл глаза, вспоминая это первое семяизвержение ей в руки. В маленькие нежные ладони с тонкими длинными пальцами. Пальцами, сводящими его с ума. «Великий орёл, какое это блаженство! Но только не она, только не с ней. Надо убить ублюдка, но как? Как сказать ей об этом после того что она сделала? Я – генерал боевых орлов и должен быть беспристрастен. Закон не на её стороне», – он шагнул обратно по направлению к двери, открыв, кинул взгляд на неё. Она сидела всё ещё голая на постели и обнимала малыша, воркуя над ним, и почувствовав его взгляд, обернулась.
– Не надо… – прошептала, по лицу скатились слёзы.
Грег дёрнулся, как от ожога, переведя взгляд на её пухлые губы, в голове, как назло встал нереальный образ, она ещё прикасается к нему губами, и в штанах сразу почувствовал влагу.
– Я объявлю сейчас всем, что вам повезло, и выродок не вылупился, так и протух в яйце.
– Спасибо.
Он вышел. Перевёл дыхание, поправил штаны и пошёл во двор.
– Собери всех на площади. Я сделаю объявление, – отдал приказ подручному всё ещё севшим голосом от возбуждающего изумления.
– Что случилось, Грег?
– Ублюдок не вылупился, яйцо протухло.
– Слава великому орлу!
– Слава.
Спустя час Грег объявил о гибели ребёнка от поганого ворона и о том, чтобы все орлы готовились к присяге королеве.
А в это время владыка воронов со своей стаей пересёк границу орлов. К ним подлетели орлы, охраняющие территорию.
– Доложите о нашем прилёте главнокомандующему, – прогремел владыка воронов.
Один из орлов тут же полетел на вершину в боевой монастырь к Грегу.
Его встретили охрана монастыря неподалёку на подлёте.
– Что тебе нужно?
Тот, запыхался. Несмотря на то, что тоже орёл, но на такую высоту обычным орлам тоже было тяжело взлетать.
– Мне нужен главнокомандующий. Это срочно.
– Он не вылетает для разговоров с обычными орлами. Говори, что нужно и мы передадим.
Тот понял, что надо говорить охране, протараторил, что на границе вороны.
