Арси кивнул. Он взвалил руку незнакомца себе на плечо, и они двинулись дальше. Они миновали еще несколько палат, почти пустых, но таких же смрадных, и комнату, в которой были простые настилы из неструганых досок. Оглянувшись, Арси увидел на крайнем из них чьи-то голые синие ноги. Картинка врезалась в его память и еще долго потом мучила его по ночам.
Отыскав черных ход, они оказались на улице. К счастью, на крохотном захламленном заднем дворе госпиталя никого не было. Арси едва не задохнулся от чистого воздуха. Стоял и хватал его ртом, как выброшенная на берег рыба. Даже забыл, что рука незнакомца все еще лежит у него на плече.
— Идем, — сказал тот.
— Куда?
— Куда… Как насчет городского храма?
Арси удивился, но послушался. В это время суток служб не было, храм должен был быть пуст. Вряд ли Ордену придет в голову искать их там, и никто посторонний их подслушать не сможет. Чем не место для разговора?..
Когда они, таясь и оглядываюсь, доковыляли до храма, из сил выбились оба. Незнакомец вис на плече Арси все более отчетливой тяжестью. Сам Арси тоже едва держался на ногах. Войдя в храм, они сразу свернули налево, в придел, пустой и прохладный, и уселись прямо на пол. Незнакомец прислонился спиной к одной стене, Арси — к другой.
— Как тебя зовут и кто ты такой? — спросил Арси.
— Зови меня Эйр. Я человек, из-за которого у тебя, похоже, неприятности, — на его губах появилась легкая улыбка.
Арси кивнул.
— Моего отца обвиняют в государственной измене. Это из-за того послания, которое ты поручил передать канцлеру Фирригану. Мой друг сделал это, и тогда… Тогда…
Со стыдом Арси понял, что к его горлу снова подступает комок. Но на этот раз его не тошнило. Его душили рыдания.
— Эй, малыш, послушай… В том послании не было ничего особенного. Канцлер ведет свою игру. Девять из десяти, что твой отец ни в чем не виноват.
Арси кивнул, не понимая, что его собеседник просто говорит ему то, что он хочет услышать.
— Видишь ли, меня пытались убить… Ну да, ты, естественно видишь, — он хрипло рассмеялся, закашлялся. — Это были не люди канцлера, но и не заговорщики. Я сильно удивлюсь, если твой отец связан с этим, кем бы они ни был.
— Мой отец — лорд Паскаль Риввейн.
— А твое имя?
— Артемис.
— Вот что, Артемис… У тебя заклинание уже откатилось? — видя непонимание на лице Арсти, Эйр переформулировал вопрос: — В смысле, еще подлечить меня сможешь?
Арси прислушался к своим ощущениям.
— Нет. Пока нет.
— Мда… Лекарство — это все-таки не твое. Но, с другой стороны, если взять особый классовый навык на тридцатом уровне…
— Эйр, — Арси остановил его размышления вслух. — Ты можешь повторить то, что ты сказал? Что мой отец невиновен? Только не мне сейчас, конечно, а канцлеру и…
— О чем ты? Я понятия не имею о делах твоего отца. Я только могу сказать, что я сам не имею с ним дел. Это не означает, что он не замешан в чем-то еще.
Лицо Арси побледнело.
— Но ты же сказал…
— Наврать тебе что-нибудь?
Арси сначала не понял вопроса, потом сообразил, отрицательно помотал головой. Выходило, что этот человек для него бесполезен. Лучшее, что он может сделать, — это позволить Ордену схватить его. Или можно было сдать его страже. Вот только на каком основании? Если бы можно было рассказать о нем канцлеру, он наверняка приказал бы арестовать Эйра…
Так же, как приказал арестовать отца.
Арси подтянул колени к груди, съежился. Пальцы сами собой вцепились в волосы.
— Эй, малыш, что с тобой? — спросил Эйр.
— Ничего. Просто голова заболела.
— Ну-ну.
Какое-то время они сидели молча.
— Мне нужна помощь, — наконец заговорил Арси. — Но я не знаю, у кого ее попросить.
— Что тебе нужно? — спросил Эйр.
Арси усмехнулся.
— Ну, от тебя-то проку все равно никакого. Ты же не поможешь мне спасти отца. Ты даже ничего не знаешь о нем.
— Да, не знаю. Но знает канцлер, я правильно тебя понял? Канцлер Фирриган. Я мог бы у него спросить.
— Да?
— Только не сейчас. Когда представится подходящий случай.
Лицо Арси исказилось от злости.
— Так и знал! Ты бесполезен.
Эйр пожал плечами и скривился от боли. Вдруг снаружи послышался шум. На приближение ритуальной процессии, или городской стражи, или просто шумящей толпы это было не похоже. Эйр насторожился. Затем заозирался, поднялся и двинулся к центру храма, туда, где в окружении колонн стоял алтарь.
— Эй, ты куда? — всполошился Арси.
— Маны качну.
— Что?..
Эйр не ответил. Арси поднялся с пола и поспешил за ним. В этот момент двери храма распахнулись, и внутрь вбежало несколько человек. Впереди была женщина, переодетая мужчиной: кожаные штаны с металлическими нашивками, такая же кожаная куртка, тяжелые солдатские сапоги, перевязь с оружием — мечом и кинжалом. Женщина была черноволосой, глаза ее пылали гневом. За ней следовали трое: еще одна женщина, совсем молодая, ее одежда походила на жреческую, только Арси такой никогда не видел, и двое мужчин, экипированных как воины. У молодой женщины был посох. Оба мужчины были вооружены — один мечом и топором, другой необычного вида алебардой с тускло сияющим зеленоватым лезвием.
