Айна старалась держать себя в руках, но затравленный взгляд выдавал ее. Она понимала, что проиграла в своей же игре, и теперь нужно было решить, отступать или наконец-то взяться за дело всерьез и попытаться уничтожить нас. Я не имел ни малейшего представления о том, сколько сил на магию она уже израсходовала и сколько у нее осталось — могло ли хватить на то, чтобы сделать ее атаку достаточно опасной, если бой продолжится? Я также не знал, сколько силы уже пришлось использовать Селейне. Меня смутило, что Боггет не оставил ее в засаде — по мне, было бы более правильным решением не показывать ее нашим противникам как можно дольше. Но, возможно, у инструктора были веские причины для такого решения. Это означало, что я не в полной мере понимаю ход боя. В такой ситуации лучшим решением было бы разойтись: ну, да, сцепились две команды, урон понесли обе стороны, но все живы и никто не ранен серьезно. Насчет латника я, конечно, не уверен, но почему бы нам не остановиться на этом?..
Послышались шаги, захрустели ветви кустарника, и на поляну вышел мастер Говард. Он был в полном облачении, непомерно-длинный меч притаился за спиной. Окинув взглядом поле боя, он остановил его на Айне.
— Все еще возитесь с этими ничтожествами? — спросил он. — А где Дин?
Лицо Айны побагровело. Но Говард и сам уже заметил лежавший на земле у ее ног измятый шлем.
— Ты знаешь, что произошло? — спросил я Рейда.
— Понятия не имею, — легкомысленно ответил он. — Я и Тим только с тем латником столкнулись, как появился Боггет с Селейной и велел нам идти на помощь к вам. А что уж они с ним сотворили…
Какое-то время Говард молча смотрел на шлем, затем искоса взглянул на Айну.
— Он жив?
— Черт его знает! — визгливо воскликнула жрица. — Не вижу! В чате не отчечает.
— Ясно. Что ж, тогда…
Он потянулся и взялся за рукоять своего меча. Я приготовился увидеть чудо — ничем иным не могло быть вытаскивание такого длинного меча из ножен, прилаженных за спиной воина. Но тут Боггет крикнул:
— Ложись!
Тех, кто вздумал бы переспросить его или замешкаться, не оказалось. Я рухнул, как подкошенный, прижимая к земле Риду.
— Воющий вихрь! — прокричал Говард.
Тут же над нашими головами пронесся ошеломительный удар — что-то вроде того, каким владел Рейд, только на несколько порядков сильнее. Он снес дерево рядом с нами целиком — то рухнуло с оглушительным треском — и зацепил другое, стоявшее шагах в тридцати. Мы все находились в радиусе удара, так что, не дай инструктор сигнал, от нас мало бы что осталось. В моих мыслях промелькнуло беспокойство о Кифе — он ведь занимал позицию как раз на ветке уничтоженного дерева — но мешком на землю он не рухнул, а значит, используя навык, наверняка сумел вовремя убраться. Что касается Говарда, то, помня тренировки с Рейдом, я знал, что нанести второй удар такой же силы сразу этот безумный мечник не сможет. Поэтому осмелился приподнять голову… и увидел, как Айна с каменным выражением лица читает заклятье вызова.
— Явись, сефирот Хесед, и порази врагов веры!..
Воздух в небе над ней заискрился, и там появилось странное существо — что-то вроде семикрылого ангела в многослойных, струящихся одеяниях. Руки существа были протянуты в разные стороны, словно он предлагал обняться. Выражение на фарфорово-белом лице было страдальческое, а радужек и зрачков в глазах не было — только влажный блеск белков. Затем это существо открыло рот. Но вместо пения раздалось какое-то низкое, механическое гудение, отчего воздух словно слипся вокруг нас, застопорив движения. Однако на этом Айна не остановилась. Она принялась за следующее заклятье, и под ее ногами, а заодно и под ногами Говарда и Рэккена заалели печати защитных барьеров. А за их пределами из земли заструился багрово-фиолетовый туман.
— Вставайте! — крикнул Боггет. Сам он был уже на ногах.
Я попытался приподняться. Но не тут-то было: на плечи и спину будто бы навалилась многопудовая тяжесть. Руки скользили по земле, но я не мог подняться, а вскоре понял, что теряю и саму способность шевелиться.
— Рида…
— Подожди, я сейчас… Я постараюсь… Черт!..
У нее ничего не получалось. Тяжесть увеличилась — Боггет, сумев сделать лишь пару шагов, рухнул тоже. Чудовищная сила вдавливала всех нас в землю, лишая малейшей возможности двигаться. Держа сияющий багровым светом посох в далеко отставленной руке, Айна вышла на середину поляны. Печать под ее ногами двигалась вместе с ней.
— Вот так, вот так вот! — восклицала жрица. — Ничтожные черви! Зря вы возомнили себя людьми! Ваш удел — ползать по земле! Ползать и пресмыкаться! — она взметнула посох над собой. — Усиление!
Сефирот засиял золотистым светом. Гул усилился, давление возросло. Тяжесть стала горячей. Если так пойдет дальше, нас действительно раздавит — попросту вомнет в землю! Но прежде, чем это случится, мы умрем, потому что больше не сможем дышать и нам переломает все кости.
— Не надейтесь на легкую смерть! — жрица словно снова прочла мои мысли. — Вы ее недостойны. Умирать вы будете медленно. Но прежде испытаете ужас — видя, как смерть приближается к вам!
