…Я сказал «по нраву»? За ближайшие два часа я раз двадцать возьму эти слова обратно. Но на следующее утро все равно приду во внутренний двор домика Боггета.
После тренировки я ополоснулся, сменил одежду и отправился на занятия. Рида, приезжавшая теперь в училище на экипаже, ждала меня в еще пустом классе. Сев к ней, я обнаружил, что на лавке между нами стоит квадратная плетеная корзина. Тепло, исходившее от нее, и прекрасные запахи не оставляли никакого сомнения в том, что находиться внутри.
— Ты ведь опять не завтракал, верно? — угадала Рида.
— Я люблю тебя, — только и сумел ответить я. И в предыдущие дни Рида, прекрасно осведомленная о моих привычках, как хороших, так и скверных, приносила утром какой-нибудь еды — кусок пирога, тосты с омлетом, бутерброды. Но чтобы горячий завтрак…
— Ешь давай. А то сейчас твои приятели появятся — делиться придется.
— Ни за что! — ответил я и прежде, чем приняться за завтрак, крепко поцеловал Риду. За такую простую внимательность и заботу я обожал ее.
Занятий в этот день было немного, мы планировали пообедать вместе и вместе провести вечер. Времени, которое мы могли проводить наедине друг с другом, теперьс тало меньше. Риду рано забирал экипаж, отвозивший ее в поместье, и, насколько я мог судить, тетка стала уделять ее воспитанию гораздо больше внимания, чем прежде. А я, распрощавшись с Ридой, возвращался в училище и заваливался спать в своей одиночной комнатке в общежитии задолго до того, как по-настоящему темнело, потому что на следующее утро мне предстояла ранняя тренировка с Боггетом. Так что мы с Ридой старались пользоваться любой возможностью побыть вдвоем. Но на длинной перемене посреди дня к нам подошел Вен Олден.
— Надо поговорить, — сказал он.
Мы с Ридой переглянулись — предчувствия были тревожные.
— В чем дело? — спросил я.
Вен мотнул головой.
— Не сейчас. И… — он торопливо оглянулся на наших одноклассников и ребят с других курсов, болтавшихся в коридоре. — Не здесь. — В шесть вечера, на углу Левой улицы и Конюшего переулка. Придете? — Вен пытливо заглянул в глаза мне, а потом Риде. — Это очень важно.
Мы с Ридой переглянулись снова.
— Хорошо, мы придем.
— Спасибо! — Сказал Вен, вложив в голос больше благодарности, чем, как мне казалось, этого требовала ситуация, и тут же отошел от нас.
— Интересно, что у него на уме? — вслух подумала Рида.
— Понятия не имею. Но это же наверняка как-то связано с Арси, да?
Рида кивнула. Арси и Вен были друзьями не разлей вода, и с тех пор, как Вен узнал об исчезновении Арси, он не находил себе места. Прежде болтавший без умолку, он стал молчаливым, сосредоточенным. За последнюю пару недель он заметно осунулся, даже веснушки на его лице поблекли. Весте с тем в его взгляде появилась какая-то мрачная решимость. Вену было шестнадцать, для своего возраста он был, пожалуй, слишком худощавым. Но теперь он наоборот выглядел взрослее. Когда я вернулся в училище, он пытался выяснить у меня, что случилось той ночью. Но я не смог рассказать ему многого. Утешить и обнадежить его я, в сущности, тоже не смог. Правда, я все-таки поделился информацией о том, что по следу Арси и его похитителя отправлен отряд тайной полиции, но Вен только поморщился и пробормотал что-то неразборчивое. Теперь же он явно что-то замышлял.
Учитывая просьбу канцлера, мы с Ридой должны были оставить это без внимания. Но в то же время нам следовало узнать, что именно на уме у Вена. Ведь он невольно мог помешать исполнению планов Фирригана. Так что в назначенное время мы вышли к месту встречи. Вен подошел к нам немедленно.
— Спасибо, что пришли, — сказал он. — Идемте.
И он двинулся по Левой улице в сторону мастерового квартала.
— Может быть, ты объяснишь, в чем дело? — спросила Рида.
— Я все объясню, — заверил ее Вен. — Чуть позже, когда придем на место. Когда все будут в сборе.
— Все? — переспросила Рида.
Вен кивнул. Рида встревоженно взглянула на меня. Я некрепко сжал ее руку. Так, молча, мы шли следом за Веном, теряясь в догадках о том, что у него на уме. Миновав Левую улицу, мы свернули на Мастеровую, и почти сразу же Вен остановился перед небольшим домиком, крепким и добротным, но со слегка покосившейся крышей. Окна у него были запыленными, на двери висел замок.
— Нам сюда.
Открывать переднюю дверь Вен не стал. Вместо этого он вошел в узкий проулок и потянул за скобу другую дверь, меньше и уже передней. Лестница за дверью круто уходила вниз.
— Идемте, — сказал Вен. Мы стали спускаться. Вен, не оглядываясь, добавил: — Я очень рад, что вы согласились пойти со мной. Дело в том, что мне нужна помощь. И без вас я… Эй, а что ты здесь делаешь?..
