Сейчас Инголмо направлялся не куда-нибудь, а на заседание местного правительства, которое состояло из двух десятков министров. В его планы входило досыта поесть и заодно сделать долговременный запас крови, потому что он не любил питаться в одном и том же месте несколько раз. Жаль было покидать такую перспективную планету, но иначе они рисковали засветиться. Отряды Сияющей гвардии неустанно рыскали по обитаемым секторам галактики в поисках отступников, посмевших нарушить вековые устои Антара.
Услугами илфирин с их неподъемной каменной магией Инголмо пользоваться не любил, потому что они каждую трапезу превращали в безобразную кровавую бойню. Это неизменно вызывало у него отвращение, однако брезговать их методами — означало остаться голодным. В отличие от собратьев по Гильдии, Инголмо не использовал для еды внутренние органы людей, к тому же ему претила их запредельная жестокость. Он был бы не прочь оставлять своих «доноров» в живых, но осторожность диктовала придерживаться определенных правил.
Инголмо не стал утомлять себя восхождением по лестницам, а сразу появился в зале с двойным рядом окон, занавешенных уродливыми складчатыми драпировками. Он окинул взглядом длинный полированный стол из ценной древесины … и удивленно замер. Красные бархатные кресла по обеим его сторонам оказались пусты, лишь на месте председателя сидела в вызывающей позе странная молодая особа. Инголмо перевел взгляд на ноги в винного цвета замшевых сапогах, которые девушка небрежно закинула на инкрустированную крышку стола, и невольно отдал должное искусству сапожника и матушке-природе, которая не поскупилась, создавая внешность незнакомки.
Девица была обворожительна и умопомрачительно сексуальна, даже несмотря на то, что имела темные, почти черные волосы. Ее нежная бледная кожа излучала слабое сияние, особенно заметное на фоне темной мебели. Однако само присутствие девушки в правительственном зале заседаний вызывало немало вопросов.
— Спасибо, что не стали тянуть время, я, признаться, ненавижу долгие ожидания, — непринужденно заговорила она на древнем языке приятным теплым контральто, потом неспешно сняла ноги со стола и выпрямилась в кресле премьер-министра.
Инголмо машинально кивнул, потому что за годы скитаний так и не сумел избавиться от врожденной учтивости. Он быстро просканировал окружающее пространство, потом сделал это еще раз, более тщательно, и пришел к неутешительному выводу, что угодил в классическую засаду.
— Я бесконечно рад нашей встрече, брэйрэ (молодая госпожа), но не припомню, когда именно мы о ней договаривались.
— Это, как бы помягче сказать, сюрприз, Элиан Янта. Вы любите сюрпризы?
— Не настолько сильно, — Инголмо осторожно двинулся вдоль стола, пытаясь нащупать глубину своего провала. Судя по тому, что ей было известно его родовое имя, дела обстояли паршиво. — Может быть, вы тоже представитесь? А то у вас передо мной явное преимущество.
— Меня зовут Элис Холдер, только вряд ли это вам чем-то поможет.
Действительно, перспектива яснее не стала. Красотка, у которой не прочитывалось никаких особых дарований, в присутствии могущественного мага вела себя слишком спокойно. Чего же он не учел? Где дал слабину? Элис Холдер ничем не напоминала представителей Сияющей гвардии, да и открытой агрессии не проявляла. Хотя … самыми жестокими и беспощадными на Антаре были именно Нолдоры-женщины, что и породило в душе Инголмо стойкое презрение к противоположному полу.
Он, сколько себя помнил, всегда сторонился женщин, именно поэтому испытал настоящий шок от того, что случилось дальше. Один только взгляд на Элис Холдер вызвал прилив физического влечения такой небывалой силы, что его не сразу удалось взять под контроль. Взгляд Инголмо сам собой смягчился, в нем явственно проступил острый интерес к потенциальному противнику. Элиан Янта никогда не доверял совпадениям, поэтому его неприятно удивило созвучие их имен.
Девушка невозмутимо смотрела на Инголмо очень светлыми глазами, легко прочитывая обуревавшие его эмоции. Чтобы как-то укрепить свое пошатнувшееся положение, он решился на беспрецедентный шаг. Отодвинул одно из кресел слева от председательского, сел и положил руки на стол ладонями вниз. Так все сущности высшего порядка демонстрировали свою готовность к переговорам.
— Я признаю, что оказался в невыгодной для себя ситуации, — заговорил он, открыто глядя девушке в лицо, — а также то, что нахожусь сейчас под воздействием ваших женских чар.
Элис Холдер удивленно вскинула тонкую бровь.
— Вот так просто, без всякого сопротивления?
