— Да, но это не панацея для всех диил мужского пола, просто частный случай. Сирил может есть нормальную пищу, потому что у него не дар, а способность, а Элиан избавится от вампиризма, если выполнит одно условие.
— Что за условие? — поторопила Иолу старшая сестра.
Инголмо не принимал участия в разговоре. Он стоял, опустив глаза в пол, внешне спокойный и безучастный, но внутри у него все дрожало. Уже в третий раз за короткий промежуток времени решалась его судьба.
Белокурая принцесса, как две капли воды похожая на свою мать, посмотрела на Элис глубокими янтарными глазами.
— Он должен испить твоей крови.
В зале снова повисла напряженная тишина.
Элис стояла у стеклянной стены, глядя на ночной Кэрно с высоты тридцатого этажа. Это зрелище ей никогда не надоедало. В отличие от брата-близнеца, который предпочитал дикие безлюдные ландшафты, она выбирала большие города. Ей импонировали суета и многолюдье деловых центров, динамика и ритм вечерних развлечений. Она любила восходы и закаты над крышами небоскребов, море ночных огней и таинственные темные воды озера Траут. Кэрно был наполовину патриархальным, наполовину современным. Эти части города, разделенные высоченным водосбросом, отличались друг от друга, как прошлое и будущее, но обе гармонично существовали в настоящем.
Впервые Элис привела недавнего врага именно сюда, в принадлежащий ей лофт на верхнем этаже городской высотки. Это случилось около месяца назад, и с тех пор она ни разу не пожалела о своем авантюрном решении. До встречи с Инголмо секс был для Элис одной из разновидностей физической нагрузки. Она никогда не строила длительных отношений и ни к кому не привязывалась, но то, что произошло между ней и обреченной на уничтожение враждебной инопланетной сущностью, смело можно было назвать настоящей близостью. Девушка-истар впервые встретила равного себе, и это обстоятельство изменило все.
Несмотря на зрелый возраст, Элиан Янта не имел опыта в интимной сфере, его жизнь наполняли иные заботы. Внезапное желание физической близости с тем, кто пришел тебя убить, было абсурдным, но таким сокрушительным, что почти в тот же час космический странник оказался в объятиях восхитительной Элис Холдер. Пока он осваивался в этой новой реальности, пока учился принимать и дарить поцелуи, его глубинные инстинкты молчали. Девушка с темными волосами и нежной сияющей кожей действительно не желала ему зла.
В первый раз все произошло так быстро, что аналитический ум Инголмо не успел ничего зафиксировать. Второй заход тоже не отложился в памяти, а на третьем он понял, что в постели нет места трезвому рассудку. Единственным исключением оказалась магия. Несмотря на бушующий внутри Инголмо эмоциональный хаос, его силу это не затронуло. Он с самого начала опасался применять магию против Элис, поэтому загнал ее глубоко внутрь и запер на крепкий замок.
По условиям их негласного договора, Инголмо должен был оставаться максимально открытым, хотя это было невероятно трудно для интроверта, который никогда в жизни не делился ни с кем чем-то личным и тщательно скрывал свои человеческие проявления. Благодаря содействию доктора Вильерс, Инголмо уже месяц питался исключительно донорской кровью. Элис мало волновали гастрономические пристрастия любовника, потому что от него всегда приятно пахло, а кожа была гладкой и горячей. Он не был вампиром в полном смысле этого слова, и тем не менее полностью зависел от своей кровавой диеты.
Сегодня Судьба в лице младшей сестры Элис подбросила Инголмо новое испытание, и от того, как он его пройдет, зависело их совместное будущее. Никто так и не понял, откуда у Иолы появилась уверенность, что кровь волшебников изменит метаболизм Инголмо, но сама по себе идея явно имела смысл.
Элиан всегда приближался бесшумно, однако Элис чувствовала его даже на расстоянии. Внутри у нее все напрягалось в ожидании момента, когда два тела соприкоснутся, и потоки энергии устремятся в новые русла. Инголмо с первого дня использовал это ласковое прозвище, означавшее маленькое озерцо. Его восхитил уникальный дар возлюбленной, для которой вода была не просто жидкой текучей субстанцией, а послушным поделочным материалом.
Импульсивная, взрывная Элис, которая всегда стремилась к победе, любила командовать и все переделывать по-своему, неожиданно столкнулась с сопротивлением. Раз за разом показывая свой характер, она все время упиралась в воображаемую прочную стену, для безопасности обложенную подушками. Антарец оказался намного терпеливее, интереснее и значительнее любого известного ей мужчины. Его манера поведения завораживала, побуждая Элис прислушиваться к словам, а не подчиняться капризам.
— Ты вовсе не обязана приносить себя в жертву.
— О чем ты, Лиан? Это никакая не жертва, а простая жизненная необходимость.
Элис забавляло созвучие их имен, включая уменьшительные. Такое количество совпадений невольно наводило на мысль о том, что им суждено было встретиться.
