Усталая команда путешественников, следуя за птицами, молча преодолела несколько десятков метров, но как только впереди замаячил просвет, Ник резко остановился.
— Киана, — слегка дрожащим от сдерживаемых эмоций голосом обратился он к эльфийке, — войди, пожалуйста первой, а то боюсь, с женщинами сейчас случится истерика.
Пока остальные пытались сообразить, что именно он имел ввиду, из соседнего помещения донесся громкий изумленный возглас.
— Силы небесные, а эти как здесь оказались?!
— Лиан!!!
Бесцеремонно растолкав людей и птиц, Элис метнулась в конец коридора и бросилась в объятия своего возлюбленного.
— С незапамятных времен лес в Западных землях называют Черным, хотя в последнее время он стал выглядеть абсолютно нормально. Когда Светлая госпожа уничтожила гнездо древних вампиров на Каменном острове, лесной массив преобразился. Деревья снова покрылись листвой, появились животные, очистились водоемы. Уверен, подобный процесс уже начался и на Кемене, — Ник с госпожой Майвэ устроились на верхней ступени гигантской лестницы и издали наблюдали, как стая птеродактилей с восторженными криками рассекает сладкий плотный воздух планеты Талау. — Причина вашей эмиграции мне неизвестна, но это наверняка было хорошо обдуманное, осознанное решение. Мир, в котором так много магии, подходит вам гораздо больше прежнего.
Приоткрыв клюв, птица продемонстрировала собеседнику два ряда хищно заостренных зубов, что означало милую улыбку. Ей очень импонировала спокойная рассудительность бывшего адвоката. Ник был так счастлив, наконец, вернуться домой, что его впервые в жизни не раздражал вид огромного унылого сооружения на Каменном острове. Наоборот, сегодня он не спешил его покидать, дожидаясь пока Джаспер и Рауль Данфи посвятят новичков в тайны древней крепости.
Дверь на планете Кемен привела их не куда-нибудь, а в хорошо знакомый Зал совета, прибежище двенадцати миров, пять из которых были ими уже обжиты и освоены. Когда семья благополучно воссоединилась, а эмоции немного улеглись, Лукас и Майли поспешили в замок Розы, где вот-вот должен был появиться на свет малыш Дэниел. Остальные предпочли задержаться, чтобы насладиться моментом триумфа.
Госпожа Майве по-матерински похлопала Ника перепончатым крылом и взмыла в зеленоватое небо, где присоединилась к своим соплеменникам. Выстроившись неровным клином, птицы устремились навстречу заходящему солнцу, а Ник со вздохом поднялся. За время их отсутствия дел наверняка накопилось невпроворот, к тому же ему следовало познакомиться с новорожденным внуком… Если случится еще одно чудо, то малыш Кэтрин и Лукаса родится обычным, но жизненный опыт подсказывал, что им вряд ли так повезет.
На плечо Ника легла знакомая ладонь.
— Не устаю удивляться, как причудливо переплетаются нити в ткани мироздания. Когда ты думаешь, что бесконечно далек от цели, то вдруг оказываешься дома.
Ник повернулся и впервые за много дней безмятежно посмотрел в глаза верному другу.
— А когда одна дверь закрывается за тобой, тут же впереди открывается другая? Я благодарен за то решение, которое ты когда-то принял на Абсалоне. Без тебя я бы с этим бардаком ни за что не справился.
— Ладно, дедуля, — усмехнулся польщенный Данфи, — нам пора возвращаться к привычным хлопотам, а то дела сами собой не переделаются.
Он вложил два пальца в рот и залихватски свистнул, напоминая разбредшейся по замку молодежи, что сколько время ни тяни, оно никогда не станет резиновым.
Большая металлическая заслонка легко скользнула вниз и в сторону, и в подземный коридор вместе с осыпью мелких камней хлынули потоки дневного света. Люк не помнил, чтобы солнце на этой планете светило так ярко. Он поднялся по лесенке навстречу теплому дуновению ветра, птичьему щебету и шуршанию листвы. Прошло не так уж много времени, а здесь изменилось абсолютно все. Другие ощущения, другие виды, другая жизнь…
— Папа, уже можно выходить? — раздался из круглого отверстия нетерпеливый детский голосок.
— Да, сынок, уже можно, — Люк помог выбраться малышу с рюкзачком за плечами, на котором был изображен белый тигр с голубыми глазами, а потом подал руку стройной блондинке. — Осторожнее, Кэти, почва все еще сильно осыпается, но в остальном Кемен просто не узнать. Когда мы его покидали, это было самое унылое место во Вселенной, но теперь у него будто открылось второе дыхание.
— Исключительно благодаря тебе, — блондинка ласково чмокнула Люка в щеку.
— Не мне лично, а моей семье и друзьям, — машинально поправил он и водрузил сыну на голову кепку с козырьком.
Кэтрин Вильерс с любопытством огляделась по сторонам. Она уже успела побывать в других мирах, где жили родственники мужа, поэтому ей было, с чем сравнивать.
— Растительность на Кемене немного напоминает земную, но на этом, я думаю, сходство заканчивается.
