Еще до того, как они садятся в самолет, Фабиан убеждает ее перечислить два миллиона на счета, открытые в десятке банков по всему миру.
– Теперь нам есть на что жить, – говорит ей Фабиан. – Он не сумеет разыскать ни нас, ни деньги.
Они усаживают детей в ее машину и едут в аэропорт, где дожидается самолет, который частным рейсом доставит их в Мехико.
– Как это ты все устроил? – удивляется Пилар.
– У меня есть влиятельные друзья.
На нее это производит впечатление.
Гуэрито слишком мал и не понимает, конечно, что происходит, но Клаудиа хочет знать, где папочка.
– Мы с папой играем, – объясняет Пилар. – В прятки.
Девочка объяснение принимает, но Пилар видит, что она все еще хмурится.
Пока они добираются до аэропорта, без конца оглядываются в страхе – а вдруг Гуэро и его
Видимо, банковский служащий все-таки позвонил.
Пилар в ужасе.
Но в ее глазах не только страх, но и возбуждение.
Гуэро выскакивает из машины. Пилар наблюдает, как он спорит с копом-охранником, потом видит ее в иллюминаторе, указывает на самолет, и тут Фабиан наклоняется и демонстративно целует Пилар в губы, а потом рявкает пилоту:
–
Самолет разбегается по взлетной полосе. Гуэро прыгает в джип и мчится за ним, но Пилар чувствует: колеса оторвались от земли и они уже парят в воздухе. Гуэро и маленький мирок Кульякана уменьшаются, исчезают…
Пилар ужасно хочется завести Фабиана в туалет и трахнуть его прямо там, но рядом дети, так что приходится ждать, и ее досада, нетерпение и возбуждение нарастают с каждой минутой.
Сначала они летят в Гвадалахару заправиться. Потом в Мехико, где они пересаживаются с частного самолета на туристический рейс в Белиз, где, как ей представляется, они непременно сделают остановку и съездят на какой-нибудь курорт, и там она наконец получит то, что хочет. Но в маленьком аэропорту Белиза они еще раз меняют самолет и летят в Сан-Хосе, в Коста-Рику. И уж там-то, надеется она, они
С фальшивыми паспортами и под другими именами.
Когда они наконец добираются до Кали, Фабиан говорит, что тут они задержатся на несколько дней. Они едут на такси до отеля «Интернасиональ», где Фабиан берет два смежных номера, еще раз сменив им имена. Пилар чувствует, что она сейчас взорвется, так велико ее желание. Наконец измученные дети засыпают.
Фабиан берет ее за руку и ведет в свою комнату.
– Я хочу принять душ, – говорит Пилар.
– Нет.
– Нет?
Слово «нет» она слышать не привыкла.
– Разденься! – приказывает Фабиан. – Сейчас же.
– Но…
Он отвешивает ей хлесткую пощечину. Потом усаживается в кресло в углу и наблюдает, как Пилар расстегивает блузку, роняет ее, сбрасывает туфли, перешагивает через брюки и стоит перед ним в черном нижнем белье.
– Снимай!
Боже, член у него уже вздыбился. Ее белая грудь в черном бюстгальтере так соблазнительна. Так и тянет дотронуться до нее, ласкать, но он знает: не этого хочет Пилар, и не смеет разочаровывать ее.
Пилар расстегивает бюстгальтер, и ее груди опускаются, но так, совсем чуть-чуть. Сняв трусики, она смотрит на него. И, отчаянно краснея, спрашивает:
– А что теперь?
– На кровать! – приказывает он. – На руки и колени! Покажи себя мне.
Она дрожит, забираясь на кровать.
– Ты хочешь меня? – спрашивает он.
– Да.
– Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя?
– Да.
– Тогда скажи – пожалуйста.
– Пожалуйста.
– Пока рано.
Фабиан снимает ремень. Хватает ее за руки, поднимает их – господи, какие красивые у нее груди, когда чуть дрожат, – захлестывает ремнем запястья, а потом закрепляет за изголовье.
Собирает в кулак волосы и оттягивает назад голову – шея у нее выгибается. Скакать на ней, как на лошади, нахлестывать ей зад, доводя до финиша. Она наслаждается резким звуком его ударов, болью, они отзываются глубоко в ней, ее пронзает дрожь оргазма.
Ей больно.
Rabiar.
Она пылает. У нее горит кожа, пылает зад, лоно, когда он ласкает, бьет и наконец трахает ее. Пилар извивается на кровати на коленях. Она испытывает наслаждение от боли, ведь она так долго этого ждала. Несколько месяцев флирта, фантазии, совместное обсуждение будущей жизни да еще захватывающее возбуждение самого побега.
– А-а-а-а-а!
Он входит в нее в такт ее стонам.
Еще. Еще. Еще!
Она стонет:
–
И вопль:
–
И Пилар кричит.
Долгим, захлебывающимся, прерывистым криком.
Выйдя из ванной, Пилар садится на кровать. Просит его застегнуть ей сзади молнию на платье. Фабиан застегивает. У нее такая красивая кожа. И такие красивые волосы. Он гладит их тыльной стороной ладони, целует в шею.
– Позже,
