Адан никогда не бывал тут раньше, поэтому Нора показывает ему в иллюминатор достопримечательности: сам Гонконг, пик Виктория, Цзюлун, гавань.
Они поселяются в отеле «Полуостров».
Это ее идея – остановиться на материке в Цзюлуне, а не в одном из современных отелей для бизнесменов на самом острове. Норе нравится колониальное очарование «Полуострова», и она думает, что и Адану понравится тоже, и потом, Цзюлун – район привлекательный, особенно вечерами.
И Адану действительно пришлась по вкусу старомодная элегантность отеля. Они сидят на старой веранде (теперь застекленной) с видом на гавань и пристань парома в ожидании, пока им приготовят люкс, устраивают чаепитие на английский лад (заказывает она).
– Вот тут, – говорит Нора, – и обитали в старину опиумные бароны.
– Правда? – Адан плохо знает историю, даже историю наркоторговли.
– Конечно. Ведь британцы заполучили Гонконг в ходе Опиумной войны.
– Опиумной войны?
– Ну да, в тысяча восемьсот сороковом году, – объясняет Нора. – Англичане пошли войной против китайцев, чтоб заставить их разрешить торговлю опиумом.
– Ты шутишь.
– Да нет. И по одному из пунктов мирного договора английским торговцам разрешили продавать опиум в Китае, а британская корона прибавила к своим колониям еще одну – Гонконг. Так им достался порт для безопасной перевозки опиума. Армия и флот фактически защищали наркотики.
– И ничего не переменилось. А откуда ты все это знаешь?
– Я читаю, – говорит Нора. – В общем, я подумала, ты получишь особый кайф, поселившись в этом отеле.
Адан и правда наслаждается. Откинувшись на спинку кресла, он потягивает чай «Дарджилинг», накладывает на ломтик кекса взбитые сливки и джем и чувствует себя продолжателем давней традиции.
Когда они приходят к себе в номер, Адан валится на кровать.
– Нет, ты не будешь спать! – тормошит его Нора. – Так ты никогда не опомнишься от разницы во времени.
– Я не могу не спать, – бормочет он.
– Я тебя взбодрю.
– Ах так?
Да, так.
Потом они принимают душ, и Нора говорит ему, что уже распланировала, как провести остаток дня и вечер, ему следует только отдаться в ее руки.
– Разве я этого только что не сделал? – поддразнивает он.
– И как тебе? Получил удовольствие?
– От радости до потолка прыгал.
– Главное, не упустить момент, – говорит она Адану, пока тот бреется. – Поторопись.
И он торопится.
– Это одно из моих самых любимых зрелищ в мире, – замечает Нора, пока они спускаются к пристани «Звездный паром».
Она покупает билеты, им приходится подождать несколько минут, и наконец они садятся на паром. Места Нора выбирает на левом борту старого ярко-красного судна: отсюда открывается чудесный вид на центр Гонконга, пока они плывут к острову. Все вокруг них: рыбачьи лодки, катера, джонки и сампаны – держат курс на гавань.
Когда они причаливают, Нора подгоняет Адана на выходе.
– Да что за спешка? – недоумевает тот, когда она хватает его за локоть и тянет вперед.
– Увидишь, увидишь. Быстрее же!
Нора ведет его по Гарден-роуд к подножию пика Виктория, где они запрыгивают в вагончик фуникулера. Фуникулер, погромыхивая, скользит по крутому склону.
– Точно в парке аттракционов, – замечает Адан.
До обзорной башни они добираются перед самым закатом солнца. Вот это Нора и хотела, чтоб он увидел. Они стоят на террасе и наблюдают: небо розовеет, потом становится красным и плавно затягивается чернотой, и почти тут же россыпью бриллиантов на черной бархатной подушке вспыхивают огни города.
– Никогда ничего подобного не видел! – ахает Адан.
– Я так и думала, что тебе понравится.
Адан, повернувшись, целует ее:
– Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю.
На другой день они встречаются с китайцами.
Как и было договорено, катер забирает Нору и Адана в гавани Цзюлуна и мчит их в залив, где они пересаживаются на ожидающую их джонку; на ней они совершают долгую поездку в залив Серебряный Источник на восточной стороне острова Лантау. Тут джонка теряется среди флотилии тысяч других джонок и сампанов, на них живет «речной народ». Лавирует через лабиринт доков, верфей, стоящих на якоре лодок и наконец притирается к большому сампану. Капитан перекидывает сходни, и Нора с Аданом перебираются туда.
За небольшим столиком под тентом-аркой посередине лодки сидят трое. Они встают при виде Адана и Норы. Двое из мужчин постарше. У одного из них, как сразу же отмечает Нора, квадратные плечи и жесткая выправка военного офицера. Другой держится вольнее, он сутуловат – это бизнесмен. А третий – молодой парень, явно нервничающий в присутствии начальников высокого ранга. Этот, догадывается Нора, скорее всего, переводчик.
Молодой человек называет себя по-английски – мистер Ю. Нора будет переводить на испанский, хотя Адан вполне прилично знает английский и мог бы обойтись без нее. Но для Норы это предлог присутствовать на переговорах, она и оделась соответственно: простой серый деловой костюм, кремовая с высоким воротничком блузка, скромные украшения.
