– Я же сказал, слушайте меня! Ты, – он пальцем ткнул в Илэйн, – поедешь со мной в Кэймлин. Все будет в порядке, если Авиенда не прирежет тебя по дороге. Так что, ежели хочешь сохранить целой свою нежную шейку, держись поближе ко мне. Делай, что я скажу, и чтобы никаких вопросов! – Палец переместился в сторону Эгвейн. – Ранд сказал, что отошлет тебя к Хранительницам Мудрости, когда ты захочешь. Судя по тому, как ты здесь забавляешься, тебе не мешало бы вернуться к ним как можно скорее. Прямо сейчас! Как я понимаю, ты научилась Перемещаться. – Эгвейн еле заметно вздрогнула. – И сможешь открыть проход в Кэймлин для всего отряда. – Эгвейн встрепенулась, но он не дал ей и рта раскрыть: – Я же сказал – возражений не потерплю. Ни от тебя, Эгвейн, ни от тебя, Найнив! На твой счет у меня нет никаких указаний, но если хочешь, можешь отправляться с нами. Только предупреждаю: вздумаешь дергать себя за косу и напускать на меня эту проклятую Силу, клянусь, я тебе задницу поджарю!
Таращились они на Мэта так, словно у него на макушке троллочьи рога выросли, но, во всяком случае, приумолкли. Может, ему все-таки удастся вбить им в головы хоть чуток разумения? Правда, благодарности ему все одно не дождаться. Чего не будет, того не будет. Скажут, как уже не раз бывало, что они и сами бы все уладили. Уж ежели вытаскиваешь женщину из застенка, а она говорит, что никто не просил тебя лезть не в свое дело, – чего еще от них ждать?
Он глубоко вздохнул:
– Так. Когда та разнесчастная дуреха, которую здесь кличут Амерлин, придет сюда, разговаривать с ней буду я. Вряд ли она сильна умишком, иначе нипочем не взялась бы за такую работенку. Придумают же – воздвигнуть Престол Амерлин в паршивой деревне, затерянной посреди трижды паршивого захолустья! Ну, да ладно, это не мое дело. Я буду говорить, а вы помалкивайте да почаще делайте реверансы – больше от вас все равно никакого толку. Может, тогда я смогу сберечь ваши шкуры и вы уберетесь отсюда подобру-поздорову – Они по-прежнему молча таращились на него. Вот и прекрасно. – Я все знаю насчет здешнего войска, но войско есть и у меня. Ежели она, эта ваша Амерлин, вконец спятила и собирается силой отбить Башню у Элайды… Ну, что ж, может, в таком случае ей достанет ума не ссориться заодно и со мной из-за трех девиц. Ты, Эгвейн, сделаешь те переходные врата и завтра, ну, в крайнем случае послезавтра мы уже будем в Кэймлине. Пусть Айз Седай, раз уж они лишились рассудка, воюют с Элайдой, пока она их всех не перебьет. А если у вас тут подобралась своя компания, не все же в этом Салидаре обезумели, то добро пожаловать к нам. Ранд готов предоставить им свое покровительство. От них ничего и не потребуется, разве что присесть перед ним разок в реверансе да поклясться в верности, зато их головы не будут торчать на пиках в Тар Валоне. Ну, как, неплохо? Что скажете?
Ни одна даже бровью не повела. Сказали бы «спасибо, Мэт», ему и того достаточно, так ведь нет. Ни слова.
Послышался робкий стук в дверь. Премиленькая зеленоглазая послушница ступила через порог и присела в глубоком реверансе. На Эгвейн она взирала с трепетом и почтением.
– Меня послали узнать, не нужно ли чего, Мать? Для… генерала. Вина… или… или…
– Нет, Табита. – Эгвейн выдернула палантин изпод шляпы Мэта и водрузила себе на плечи. – Мне надо поговорить с… генералом Коутоном с глазу на глаз. Но передай Шириам, что скоро я за ней пошлю. Мне может потребоваться совет.
– Эй, полководец, – промолвила Найнив, как только девушка исчезла за дверью. – Закрой рот, не то мухи залетят.
Сказано это было с глубочайшим удовлетворением.
Поправив палантин, Эгвейн присмотрелась к Мэту. Ему следовало бы походить на загнанного в угол медведя, но он выглядел лишь несколько ошарашенным, словно его огрели по голове. И отчаянно потел. Вопросы, которые Эгвейн не терпелось задать, теснились в голове. Как Ранд ухитрился разузнать о Салидаре? И о том, что она научилась Перемещаться? И что он вообще думает? Но так или иначе, она все равно не собиралась расспрашивать об этом Мэта. Сейчас ей не давал покоя сам факт его появления. Его и этого отряда Красной Руки. Может быть, Ранд, сам о том не догадываясь, преподнес ей неожиданный подарок?
– Мое кресло? – спокойно произнесла Эгвейн. Не худо бы Мэту заметить, что ни она, ни обе ее подруги вовсе не потеют. Ну, Найнив почти не потеет. Суан рассказала им, в чем тут хитрость, – оказалось, что для этого требуется лишь умение особым образом концентрироваться, а Единая Сила тут вовсе ни при чем. Найнив, помнится, здорово разозлилась из-за того, что Суан не научила их этому раньше, но та спокойно пояснила, что подобные умения предназначены для Айз Седай, а вовсе не для Принятых. Так или иначе, теперь Эгвейн удавалось выглядеть в присутствии сестер более или менее пристойно, а то ведь потное лицо едва ли могло добавить авторитета Амерлин. А уж Мэта это непременно должно удивить, если он вообще способен хоть что-то видеть. – Мэт? Мое кресло?
