— Доброй ночи, друзья! — сказала Галадриэль. — Спите спокойно! И не смущайте сегодня сердца мыслями о предстоящей дороге. Быть может, каждый из вас уже начал, не заметив этого, тот единственный путь, который предназначен ему судьбой. Доброй ночи!
Хранители вернулись в свой шатёр у фонтана — Леголас, поскольку это была последняя ночь в Лотлориэне, вместе с ними, — чтобы, несмотря на слова Галадриэли, устроить совет.
Долго и бурно обсуждали путники, что им делать и как лучше добираться с Кольцом до Роковой горы, но к окончательному решению так и не пришли. Было ясно, что большинству хотелось бы для начала зайти в Минас Тирит, чтобы хоть на время отложить ужасную необходимость встречи с Врагом. Впрочем, они без колебаний переправились бы через Реку и вошли в тени Мордора, но Фродо молчал, а Арагорн всё ещё утопал в сомнениях.
Пока Гэндальф был с ними, он намеревался уйти вместе с Боромиром, чтобы послужить своим мечом Гондору, поскольку не сомневался в том, что пророческие сны, виденные Боромиром и его братом, призывают его, наследника Элендила, выйти на битву с Сауроном. Но Гэндальф сгинул, и ноша его легла на плечи Арагорна: он понимал, что не имеет права забыть о Кольце, если Фродо всё-таки откажется под конец идти с Боромиром. Но, с другой стороны, чем он или любой из Отряда помогут хоббиту, слепо нырнув под завесу Тьмы?
— Я иду в Минас Тирит; если придётся, то один, ибо это мой долг, — заключил Боромир и надолго замолчал, не сводя пристального взгляда с Фродо, словно пытался прочесть его мысли. Потом опустил глаза и раздумчиво, словно бы рассуждал сам с собой, продолжил: — Если вы хотите всего лишь уничтожить Кольцо, то битвы и оружие бесполезны, и люди Минас Тирита ничем не смогут помочь. Но если вы хотите сокрушить военную мощь Чёрного Властелина, то глупо соваться без войска в его владения и глупо жертвовать… — Боромир запнулся, словно вдруг понял, что говорит вслух, и закончил —…жертвовать жизнью. Это же выбор между надёжной защитой и путешествием прямо в руки смерти! Во всяком случае, таково моё мнение.
Фродо уловил во взгляде Боромира что-то новое и странное и в упор посмотрел на него. Ясно, что мысль Боромира не соответствовала его заключительным словам. Глупо жертвовать… чем? Кольцом Всевластия? Нечто подобное он уже говорил на Совете, но тогда выслушал разъяснение Элронда и согласился с ним. Фродо перевёл взгляд на Арагорна, но тот, погружённый в собственные мысли, видимо, просто не обратил внимания на слова Боромира. На этом их совещание и кончилось. Мерри с Пином давно уже спали; Сэм сонно кивал головой; в воздухе ощущался покой глубокой ночи. Фродо забрался под одеяло и уснул.
Утром, когда Хранители принялись собирать свои скудные пожитки, к их шатру пришли эльфы, знающие всеобщий язык, и принесли изрядные запасы продовольствия и одежду. Дорожные припасы были в основном в форме очень тонких лепёшек из пресного теста, снаружи золотисто-коричневых, а на изломе кремовых. Гимли взял одну лепёшку и с сомнением повертел её в пальцах.
— Галеты, — пробормотал он, отломил кусочек, положил в рот… Выражение его лица немедленно изменилось, и гном в одно мгновение сжевал всю лепёшку.
— Хватит, хватит! — со смехом закричали эльфы. — Ты и так съел достаточно, чтобы шагать день напролёт до самого вечера!
— А я думал, что это просто галеты, типа сухарника, который пекут жители Дола для путешествий в глуши, — удивлённо заметил Гимли.
— Так оно и есть, — ответили эльфы. — Но мы называем их лембас, или дорожным хлебом. Они гораздо лучше поддерживают силы, чем любая еда, изготовленная людьми, и уж во всяком случае, вкуснее сухарника.
— Кто бы спорил! — согласился гном. — Да они гораздо вкуснее даже медовых кексов беорнингов, а это говорит о многом, потому что пекарей, лучше беорнингов, пожалуй, и не найти. Но в наши дни они не очень-то охотно снабжают путников своими изделиями. Вы очень радушные хозяева!
— Тем не менее, обращайтесь с лембас поэкономнее, — посоветовали эльфы. — Ешьте их понемногу и только в крайней нужде, ибо они даны вам на чёрный день. Если их не ломать и не вынимать из листвяных обёрток, в которых мы принесли их, они останутся свежими даже через месяцы пути. Одной лепёшки достаточно, чтобы сохранить силы путнику в течение целого дня тяжёлой дороги, даже если этот путник — высокий человек из Минас Тирита.
Затем эльфы развернули и вручили каждому Хранителю по плащу и капюшону, сшитому точно по их мерке из лёгкой, но тёплой шелковистой ткани. Трудно было сказать, какого она цвета: серая, как прозрачные сумерки под деревьями, при малейшем движении и смене освещения она переливалась разными оттенками: то зеленела, как густая листва, то темнела, как травы осенних полей под ночным небом, то тускло серебрилась, как вода под звёздами. Плащи застёгивались на шее брошью в форме зелёного листа с серебряными жилками.
— А эти плащи — волшебные? — спросил Пин, восхищённо разглядывая свой.
