Арагорн повернулся и заторопился вверх по лестнице, но споткнулся на бегу от усталости. И сразу же враги ринулись вперёд. Воющие орки кинулись вверх, вытянув длинные лапы, чтобы схватить его. Передний упал с последней стрелой Леголаса в горле, однако остальные бросились на Арагорна. Но тут громадный валун, сброшенный со стены, загрохотал вниз по лестнице и смёл их назад, в Теснину. Арагорн достиг ворот, и они быстро захлопнулись за ним.
— Плохи дела, друзья мои, — сказал он, вытирая рукой пот со лба.
— Плоховаты, — отозвался Леголас, — но, тем не менее, не безнадёжны, пока ты с нами. Где Гимли?
— Не знаю, — ответил Арагорн. — В последний раз я видел его сражающимся на земле за стеной, но враги разъединили нас.
— Увы! Это дурная весть! — проговорил Леголас.
— Он стоек и силён, — сказал Арагорн. — Будем надеяться, что ему удастся прорваться к пещерам. Там на время он будет в безопасности. В большей безопасности, чем мы. Такое убежище придётся по вкусу гному.
— Надеюсь на это, — сказал Леголас. — Но мне хотелось бы, чтобы он пробился сюда. Я жажду сообщить мастеру Гимли, что теперь мой счёт тридцать девять.
— Если он пробился к пещерам, он снова догонит тебя, — рассмеялся Арагорн. — Никогда не видел, чтобы так владели топором!
— Я должен пойти поискать стрелы, — сказал Леголас. — Хорошо бы эта ночь поскорее кончилась, чтобы у меня было лучшее освещение для стрельбы.
Теперь Арагорн вошёл в крепость. Здесь к своему ужасу он узнал, что Эомир не достиг Горнбурга.
— Нет, он не поднимался на утёс, — сказал один из людей с Западных Лощин. — В последний раз я видел его, собиравшего вокруг себя людей и бьющегося в устье Теснины. С ним были Гамлинг и гном, но я не смог пробиться к ним.
Арагорн прошёл через внутренний двор и поднялся в верхнюю палату башни. Там стоял герцог, прижавшись к узкому окну и глядя на долину.
— Что нового, Арагорн? — спросил он.
— Теснинная Стена взята, господин, и все защитники сметены, но многие отступили к Скале.
— Эомир здесь?
— Нет, господин. Но многие из твоих людей отступили в Теснину, и говорят, что Эомир был среди них. В узком горле они смогут отбросить врагов и войти в пещеры. На что они там могут надеяться, я не знаю.
— Не большее, чем мы. Хорошие запасы продовольствия, как было сказано. И воздух там здоровый, потому что он поступает сверху сквозь расщелины в скалах. Они смогут там долго продержаться.
— Но орки принесли с собой чёрное колдовство из Ортханка, — сказал Арагорн. — У них есть взрывающийся огонь, с помощью которого они захватили Стену. Если им не удастся войти в пещеры, они смогут замуровать тех, кто внутри. Но сейчас мы должны думать о нашей собственной защите.
— Меня терзает это заточение, — проговорил Теоден. — Если бы я мог вонзить копьё напоследок, скача впереди моих людей по полю, быть может, я вновь ощутил бы радость битвы, и так кончил. Но здесь от меня мало пользы.
— Однако здесь вас защищает сильнейшее укрепление Герцогства, — сказал Арагорн. — Больше надежды отстоять вас в Горнбурге, чем в Эдорасе или даже в Сироколье в горах.
— Сказано, что Горнбург никогда не будет взят приступом, — промолвил Теоден. — Но теперь моё сердце полно сомнений. Мир меняется, и всё, что когда-то было сильным, теперь оказывается ненадёжным. Как может любая крепость противостоять такому воинству и такой безоглядной ненависти? Если бы я знал, что силы Скальбурга настолько выросли, быть может, я не поскакал бы столь опрометчиво им навстречу, несмотря на всё искусство Гэндальфа. Сейчас его совет кажется не таким хорошим, как под утренним солнцем.
— Не суди о совете Гэндальфа, пока всё не кончится, господин, — сказал Арагорн.
— Конец не замедлит, — ответил герцог. — Но я не хочу кончить здесь, словно старый барсук в западне. Снегогрив, Счастьедар и лошади моей охраны во внутреннем дворе. Когда настанет рассвет, я велю людям протрубить в рог Хельма и поскачу вперёд. Поедешь ли ты со мной тогда, сын Арахорна? Быть может, мы расчистим путь или кончим так, что будем достойны песни — если останется кто-нибудь, чтобы спеть о нас.
— Я поскачу с тобой, — сказал Арагорн.
Простившись с герцогом, он вернулся на стены и прошёл вокруг всего их кольца, ободряя людей и оказывая помощь там, где атака была жарче. Леголас шёл с ним. Снизу поднимались взрывы огня, сотрясая камни. Были заброшены абордажные крюки и приставлены лестницы. Снова и снова орки поднимались на внешнюю стену, и снова защитники сбрасывали их вниз.
Наконец Арагорн остановился над главными воротами, не обращая внимания на вражеские стрелы. Когда он взглянул вперёд, он увидел, что небо на востоке побледнело. Тогда он поднял пустую руку ладонью наружу в жесте переговоров.
Орки завыли и принялись зубоскалить.
— Давай вниз! Слазь! — кричали они. — Слезай, если хочешь говорить с нами! Тащи сюда своего герцога! Мы боевые урхи. Если он не придёт, мы выкурим его из норы. Тащи сюда этого запрятавшегося труса!
— Герцог остаётся или выходит по своей собственной воле, — сказал Арагорн.
