— Что делать с такой пакостью? — спросил Сэм. — Связать ему ноги покрепче, чтобы больше за нами не плелся!
— Но тогда нам с-смерть, с-с-смерть! — заныл Голлум. — Противные х-хоббиты, х-хотят нас-с с-связ-зать и брос-сить на холодных камня-ах-х, голм-голм!.. — он рыдал, и слюна булькала у него в горле.
— Ну его! — сказал Фродо. — Если убивать, так сразу. А за что? У нас нет права на убийство. Сейчас нет. Злосчастная тварь! Он все-таки нам ничего плохого не сделал.
— Как это ничего? — возразил Сэм, растирая плечо. — Наверняка хотел сделать гадость, и если оставить его в живых, то еще сделает. Мы заснем, а он нас и придушит, только об этом и думает.
— Кое в чем ты прав, — сказал Фродо, — но думает он не об этом.
Хоббит сам надолго задумался. Голлум лежал тихо, даже хныкать перестал. Сэм не спускал с него глаз.
А у Фродо в ушах ясно зазвучали далекие голоса из прошлого:
— Хорошо, — громко сказал хоббит и опустил меч. — Я боюсь, но, как видишь, я его не тронул. Я его увидел и почувствовал сострадание.
Сэм удивленно смотрел на своего хозяина, который будто разговаривал с кем-то невидимым. Голлум поднял голову.
— Да-да, нещ-ща-астные мы, — заскулил он опять. — С-сос-страдание! Хоббиты нас-с не убьют, хоббиты добрые.
— Не убьем, — сказал Фродо, — но и не отпустим. От тебя можно ждать только коварства и подлости, Голлум. Пойдешь с нами, мы с тебя глаз не спустим. Ничего плохого мы тебе не сделаем, но ты должен будешь нам помогать, чем сможешь. Добром отплатишь за добро.
— Отплатим, да, отплатим! — засвистел Голлум. — Хорош-шие х-хоббиты воз-зьмут нас. Мы пойдем с-с ними. Мы в темноте найдем без-зопа-ас-сные тропки. Но куда они с-спеш-шат по холодным камням, хотели бы мы з-знать? Да, з-знать.
Он посмотрел на хоббитов, заморгал, и в его белесых глазах вспыхнул хитрый живой блеск.
Сэм нахмурился и закусил губу. Он видел, что Фродо как-то особо оценивает положение, чувствовал, что никто его сейчас не переспорит, но слова хозяина его очень удивили.
Фродо смотрел прямо в глаза Голлуму. Несчастная тварь ежилась и извивалась под его взглядом.
— Ты кое-что хорошо знаешь и о многом догадываешься, Смеагол, — спокойно и строго говорил Фродо. — Мы спешим в Мордор. А тебе, если я не ошибаюсь, дорога туда знакома.
— А! Ш-ш-ш-с-с, — зашипел Голлум, закрывая руками уши, будто произнесенные названия ранили его. — Мы догадывалис-с-сь… Пус-сть хоббиты туда не ходят, мы им этого не ж-желаем. Нет, З-золотц-се мое, добрым хоббитам туда нельз-зя. Пепел, пепел, там з-зола и с-суш-шш-шь, там копи и ш-шах-хты, там орки, тыс-сяч-чи орков. Добрым хоббитам, хорош-шим х-хоббитам там не мес-сто!
— Значит, ты там был? — настойчиво спросил Фродо. — И что, тебя туда снова тянет?
— Да-да… Нет! — вскрикнул Голлум. — Мы один раз-зс з-за-шшли туда случ-чайно, это был с-случай, правда, З-золотц-се? Мы туда больш-ше не х-хотим, нет! — Тут у него изменился голос, и он с плачем закричал, обращаясь к кому-то невидимому: — Оставь меня в покое, голм! Мне больно!.. Ой, мои бедные руч-чки! Голм-голм! Я… мы… я не хочу возвращаться. Я не найду его. Я ус-стал, очень устал. Я… Мы его не найдем, голм-голм, его нигде нет. Там вс-се начеку. Люди, гномы, эльфы, страш-шные эльфы со светлыми глазами. Я не могу. А!..
Он встал, перевил длинные руки в узел, тряс ими, вытягиваясь на восток.
— Нет! Не для тебя! — крикнул он и обмяк снова, и захныкал, припадая мордой к земле: — Не надо, голм-голм! Не смотри на нас! Уйди! Иди спать!
— Он не уйдет и не заснет по твоему хотению, Смеагол, — сказал Фродо. — Но если ты в самом деле хочешь избавиться от него, ты должен помочь
Голлум сел и смотрел на Фродо из-под полуприкрытых век.
— Он там, — заскрипел он. — Он вс-сегда там. Орки проводят. Орков вс-стретиш-шь на восточном берегу. Не прос-си Смеагола. С-смеагол давно погиб. Отобрали у него С-сокровищ-ще, С-смеагол пропал.