Едва он успел так подумать, враги начали атаку. Орки, не сумевшие быстро перейти гнилое болото, разлившееся перед буграми, остановились перед ним и засыпали гондорцев стрелами. Вперед вышел большой отряд горных троллей с плато Горгорот. Они рычали на бегу, как дикие звери. Крупнее, чем люди, покрытые вместо одежды чешуей, которая была им и кожей, и броней, с большими черными щитами и тяжелыми молотами в жилистых руках, они без колебания вошли в болото и зашагали через него с оглушительным воем. Ураганом обрушились они на сомкнутые ряды гондорцев, разбивая шлемы и головы, дробя щиты и плечи, как кузнецы куют мягкое горячее железо. Рядом с Пипином зашатался и упал Берегонд. Гигантский предводитель троллей нагнулся над лежащим, выставив когти, потому что эти полузвери обычно перегрызали горло своим жертвам.
Пипин в ярости ударил его мечом снизу вверх. Покрытый рунами клинок пробил чешую и глубоко вонзился в чрево тролля. Брызнула черная кровь. Гигант рухнул, как подкошенный, камнем навалившись на человека и хоббита. Придавленный Пипин крикнул от боли, потом его накрыла тьма, смрад не давал дышать; он терял сознание, падал в черную пропасть.
«Значит, конец такой, как я задумал», — мелькнула у него последняя мысль, и он успел засмеяться в глубине души, потому что почти обрадовался, что наконец освобождается от сомнений, бед и страха. Погружаясь в беспамятство, он вдруг услышал голоса и различил слова из далекого забытого мира:
— Орлы! Орлы летят!
На мгновение Пипин задержался на пороге темноты. «Бильбо! — пронеслось у него в мозгу. — Но нет! Это было в его истории, давным-давно. А сейчас кончается моя история. Прощайте!»
И тьма сомкнулась над ним.
Сэм с трудом поднялся с земли. В первую минуту он не мог понять, где находится, но вскоре все вспомнил, всю ужасную правду, и отчаяние вернулось к нему. Он был один в темном подземелье у нижнего входа в крепость орков: медная дверь была закрыта изнутри. Наверное, он потерял сознание, когда налетел на нее с разбега, но как долго лежал — не помнил. Перед этим он был разгорячен, взбешен, а сейчас дрожал от холода.
Хоббит подкрался к двери и приложил к ней ухо. Еще было слышно, как далеко внутри орут орки, но голоса доносились слабо, а вскоре совсем стихли. Голова болела, перед глазами в темноте мигали искры, но надо было собраться с мыслями. Одно было ясно: через эти двери в крепость не попасть. Сидеть и ждать, пока они откроются, пришлось бы неизвестно сколько дней, а он не мог ждать, каждая минута драгоценна. В том, что надо было делать, не было никаких сомнений — спасать Фродо, даже если при этом придется погибнуть самому.
— Похоже, что придется погибнуть, это здесь легче легкого, — хмуро, но решительно сказал себе Сэм, всовывая Жало в ножны и поворачиваясь спиной к медной двери.
Потом ощупью медленно пошел по темному коридору назад вверх, боясь вынимать эльфийский светильник. По дороге он попытался привести в порядок мысли и вспомнить, что произошло с тех пор, как они с Фродо миновали Перепутье. Но не смог даже определить, сколько было времени. «Что-то между вчерашним и сегодняшним днем», — предположил он. Но счет дням он тоже потерял. В этих местах Тьма поглощала дни так же, как она поглощала всех, кто сюда приходил.
«Интересно, помнят ли еще про нас друзья? — думал Сэм. — И что происходит там, в их мире?» Неопределенно махнув рукой перед собой, он думал, что показывает на запад, не сообразив, что находится не в главном туннеле Шелобы, а в том его ответвлении, которое сейчас ведет его прямо на юг.
В светлом мире на западе солнце сейчас поднялось в зенит, и было четырнадцатое марта по хоббитширскому календарю. Арагорн вел черный флот из Пеларгира, Мерри с рохирримами скакал по долине Каменных Телег, в Минас Тирите пылали пожары, и Пипин с ужасом смотрел в безумные глаза Дэнетора. И среди всех хлопот, страхов и опасностей мысли друзей постоянно возвращались к Фродо и Сэму. Но никакая даже самая сильная и благожелательная мысль не смогла бы прилететь сюда на помощь Сэммиусу сыну Хэмфаста Гэмджи. Он был совершенно один.
Он наконец доплелся до каменной двери, закрывавшей вход из орчьего коридора в более широкий туннель Шелобы, но не смог найти ни замка, ни задвижки, поэтому снова осторожно перелез через верх и довольно ловко сполз на землю с противоположной стороны. Затем прокрался к выходу, где на холодном ветру еще болтались обрывки паучьей сети. После зловонного тепла глубокого туннеля Сэма встретил пронизывающий холод с режущим ветром, и это его немного отрезвило. Пригнувшись, он с опаской вышел на открытую тропу.
Здесь стояла гнетущая тишина, и было почти темно. Низко над головой хоббита плыли на запад огромные клубы пара, поднимавшиеся из Мордора. Получался плотный свод из дыма и туч, подцвеченный снизу багровым заревом.
