Дан тревожно оглянулась на Трандуила: невозмутимый бесстрашный король побелел как смерть, глядя на громадного черного рыцаря в угловатых громадных доспехах, но держался спокойно, что внушило ей уверенность — он сражался на стороне тех, кто его уже побеждал, он знает, что делать, Саурон может быть повержен. Она расправила плечи, гордо подняв подбородок, повторила жест Трандуила; оглянулись на них людские военачальники и тоже приободрились. Иорвет перетянул себе разбитое запястье платком, завязал зубами узел, обстоятельно проверил лук: тот, как ни странно, был в отличном состоянии. Огляделся, заметил Даэнис: рядом с ней Трандуил в сияющих доспехах с мечом наголо, митриловая кольчуга сверкает почти вызывающе, показывая неуязвимость принцессы — защищены оба. Повернулся в другую сторону — Гимли весь в крови, но, кажется, не своей, Леголас вообще как будто только что из дворца вышел. Все те, кто для него что-то значит, в порядке, успокоился Иорвет, но что-то никак не давало ему сосредоточиться. Ладно, согласился эльф сам с собой, надо признаться, это путешествие их сплотило. Он нашел взглядом Эредина. Тот стоял под крылом своего дракона и перестегивал ремешки доспеха, чтобы плотнее прилегал к телу; этот жест Иорвет уже выучил — Эредин готовится к рукопашному бою. Странно, он же верхом на летающей твари. Ну что ж; Иорвет взял с него пример и поправил трофейный мордорский доспех, который забрал из Ортханка. Он понимал Эредина без слов и решил ему помочь; почувствовал взгляд короля Ольх — тот тоже верно расценил его жест. Они не отсюда. Им не ведомы страхи этого мира. Иорвет медленно повернул голову в сторону Эредина и едва заметно кивнул. Эредин оскалился и едва слышно зарычал, не выдерживая напряжения ожидания.
Казалось, будто Саурона породили сами скалы. Он шел, и от шагов его содрогалась земля, битва затихла по всем фронтам, пока он шел.
— И это все? — Эредин уселся на крылатого ящера, который во время краткой передышки чавкал трупами орков, вызывая ужас и омерзение союзников. — Вот это вот властелин колец? Один рыцарь?
— Он — само зло, само воплощение… — начал Гендальф, но Эредин перебил.
— Зло могло бы сделать себе воплощение и получше, — он опустил забрало шлема, дернул поводья, и дракон взмыл в воздух.
— Если его за нахальство не прикончит Саурон, рано или поздно это сделаю я, — процедил Арагорн, глядя ему вслед.
Саурон шел один, его армия двигалась за ним на почтительном расстоянии. До первого ряда, где стояли омертвевшие от страха люди, оставалось немного, и Эредин неспешно обнажил меч, приготовившись пикировать и рубить сверху. Саурон чуть приподнял голову, и послушный дракон Эредина словно почувствовал петлю на шее, задергался, едва не сбросив седока, и устремился вниз полетом самоубийцы.
Эредин едва успел сгруппироваться и упасть грамотно, перекатиться и остановиться, встав на одно колено, в то время как дракон исполнил свою последнюю миссию: обрушился на Саурона. Один взмах — и булава впечаталась в прочное тело ящера, проломив все его кости и глубоко войдя в землю, такой неимоверной силы и злобы был удар.
Ятаган обрушился на короля Ольх настолько внезапно, что он даже не успел заметить замах, но машинально поставил блок — сказались многолетние тренировки и отменная реакция. Меч выдержал, сам Эредин выдержал, но воспринял оба факта как чудо: даже находиться рядом с Сауроном было невыносимо. Воздух в присутствии бывшего майа стал густым и горячим, как кисель, выстлал изнутри легкие склизкой пленкой, во всем теле появилась ноющая боль, хотя битва толком и не началась, был лишь один удар. «Встал! — рявкнул на себя Эредин, поднимаясь на одной только ярости. — Встал и начал рубить его!»
Сил не было даже на крик. Эредин выпрямился и, не прерывая движения, обрушил удар на Саурона; тот не стал уклоняться и парировал, словно зная, что каждое соприкосновение мечей причиняет Эредину сильную боль.
— Зачем ты бьешься, эльф из другого мира? — спросил Саурон, отбрасывая Эредина назад; тот упал на спину ничком, отдыхая спасительную секунду, шлем слетел и откатился, позволяя солдатам увидеть, что спустившийся на драконе воин в доспехах, похожих на доспехи самого Саурона, на самом деле эльф.
— Мне пообещали королевство, когда ты умрешь, — честно ответил Эредин, стараясь не думать о том, что по подбородку течет кровь. — Ничего личного.
— Королевство для юного короля, — Саурон явственно усмехнулся, и взбесил Эредина до такой степени, что тот даже нашел в себе силы и сел.
— Хватит. Называть меня. Юным! — рявкнул он, срывая с пояса метательный нож. Лезвие вошло в глазницу шлема по самую рукоятку, высекая искры из узкой прорези, но Саурон не прекращал глумиться, словно не замечал:
— Это приказ мне от юного короля?
