Трандуил, несмотря на опасения Иорвета, вовсе не был против него в отношении Даэнис. В конце концов, ее мать вообще связалась с Эредином, а сам Трандуил тысячелетия назад был женат на сбежавшей из золотой клетки дома знатной дочери дома эльфов нолдор, что ушла в лес, как Арэдель, и нашла там своего Эола. Только в отличие от Темного эльфа Трандуил был весел, язвителен и красив. Принц и принцесса тогда еще Зеленолесья, окончательно не прозванного Лихолесьем, напоминали эльфийским певцам Эльвэ и Мелиан. Как Мелиан сдерживала зло завесой вокруг Дориата, так жена принца Трандуила могла утихомирить его бешеный нрав; но то, что она высказала своим братьям, явившимся за ней в Зеленолесье, чтобы увести ее домой, настолько превзошло все, на что были способны Трандуил и Орофер, что отец и сын только переглядывались и молча ждали, пока принцесса немного устанет и остынет. Братья принцессы не ошиблись, когда увидели в глазах ее супруга сочувствие по отношению к себе, а вечером того же дня, ложась в постель, Трандуил сказал супруге напоминать ему, чтобы он никогда ее не злил. Недолго длилось их счастье: принц Трандуил остался с ребенком на руках и разбитым сердцем. Тогда материнскую заботу о Леголасе взяла на себя его сестра, лучшая подруга его покойной жены; кто бы мог предположить, что совсем немного времени — и она исчезнет, став следующим ударом после смерти отца. Трандуил дошел до самого черного дна отчаяния и выплыл, пусть и не стал прежним, и красота его застыла неживой маской. Он стал отрешен от жизни, потеряв слишком много. Но появилась Даэнис, в которой ожили семейные черты, и король Лихолесья, глядя на нее, словно нехотя вспомнил, что вообще-то еще жив. Иорвет… видимо, это семейное, быть счастливыми не с теми, с кем было бы правильно. Трандуил не станет на пути племянницы, к которой привязался практически сразу. Ее мысли заставляли его впервые за много веков сжимать губы, чтобы не рассмеяться, ее присутствие стало тем фактором, который тянул Трандуила к дому. Когда-то он пошел в Озерный город за своим сыном; теперь он пошел в другой мир за той, кого рад был бы счесть дочерью.
Эредин выкарабкался из снега на дорогу, дождался, пока следом за ним выйдут из укрытия деревьев Трандуил, Иорвет и Даэнис, и зашагал, вернее, захромал к крепости. Трандуил смерил его взглядом, закатил глаза и догнал его, обнял, поддерживая.
— Ты муж моей сестры, я помогу тебе, — напомнил Трандуил и невольно охнул: Эредин перестал изображать из себя здорового и не нуждающегося в помощи и буквально повис на нем. Сам Эредин смотреть на лицо эльфийского короля, когда тот так близко, опасался: слишком похож на Феникс, до такой степени, что Эредин готов выть от тоски. Даже обнимает также.
Имлерих вскочил первым и остолбенел: пусть он своими глазами не видел смерти Феникс, но все в Тир на Лиа были уверены в ее гибели, он знал, как Эредин тяжело перенес потерю семьи. А сейчас… нечеловечески острое зрение подвело эльфа, и ему показалось, что Эредина ведет именно Феникс, одетая почему-то в доспехи. Поднялся с расстеленных плащей Карантир, протер глаза: он знал, что король когда-то был женат, Ге’эльс, как бы ни относился к Эредину, его горе уважал и однажды написал невероятно точный портрет Феникс, хотя к реализму никогда больших чувств не питал. А теперь Карантир видел те же светлые волосы, тонкий профиль, синие глаза, да и обнимают Эредина вполне близко.
— Почему они так смотрят? — несколько нервно спросил Трандуил на эльфийском, остановившись на почтительном расстоянии от неадекватно уставившихся на него эльфов.
— Ты похож на мою жену, — хмыкнул Эредин. — И они боятся, что им от нее влетит, что они меня не уберегли. Имлерих, — он перешел на старшую речь. — Это брат Феникс. Я объясню… потом объясню.
Он бы упал, но Имлерих успел поймать его и молча обнял, прижав к себе так сильно, что у того дыхание перехватило: они были друзьями больше двухсот пятидесяти лет, и пусть для бессмертного теперь эльфа это не срок, оба ценили свои взаимоотношения, хотя и выражали их совершенно недопустимо для своего народа.
— Ты вернулся, — прогудел Имлерих, с тревогой оглядывая его и замечая, что Эредин весь в пыли и крови, как своей, так и какой-то черной, вязкой, что он буквально висит у него на руках, даже не пытаясь стоять самостоятельно. — Я могу продолжить бой без тебя, только прикажи.
Эредин, положив руку ему на плечо, покачал головой:
— Нет смысла, Имлерих. Поставь меня, — он огляделся, с трудом удерживаясь на ногах, и повысил голос. — Приветствуйте короля Лихолесья Трандуила. Его королевство расположено рядом с тем… — он усмехнулся. — …что принадлежит теперь нам.
Иорвет отчетливо хмыкнул в торжественной тишине.
— Приветствуйте мою дочь, — тихо продолжил Эредин, повернувшись к Даэнис. — Залог моего счастья. Встретив ее, я обрел и семью, и королевство. Этот мир не стоит больше нашего внимания. Мы уходим.
— Мне надо за моими, — заметил Иорвет, морщась от пафоса. — Где там твой навигатор?
