Имлерих смерил его оценивающим взглядом, потом глянул на свое оружие, но Эредин перехватил его за руку, едва заметно качнув головой. Эредин понимал, что ведет себя как безумный, но надеялся, что ему, как он сам Ауберону когда-то, дадут немного времени, чтобы завершить свое безумство.
— Его сила понадобится для перемещения на Тир на Лиа, — возразил король Ольх.
— Ищи вторую, девочку эту, — подсказал Трандуил, и Имлерих отчетливо вздрогнул: даже голос похож. Словно сама Феникс восстала из мертвых, чтобы снова встать плечом к плечу с Эредином.
— Разве кольцо здесь не действует? — спросила Даэнис, все это время рассматривающая кольцо на своем запястье. Она надела и сняла его сразу, как только они переместились, никто даже не заметил, но теперь, когда она попробовала, ее так и тянуло его снова надеть.
— Действует, но мы же не знаем лимитов, — Трандуил взял ее за руку, заставив перестать смотреть на кольцо. — Никто не хочет, чтобы ты подпала под его власть, потому не будем использовать только его, лишь немного усилим твои собственные силы — и способности навигаторов.
Иорвет, которому досталось меньше Эредина, с трудом перелез через стену, добрел до замка. Дан порывалась пойти за ним, но он, усмехнувшись, сказал, что женскую версию Эредина Геральт точно захочет нагнуть, поэтому останься-ка ты здесь. После увиденного сходства, Даэнис казалась Иорвету с каждым взглядом все больше похожей на короля Ольх, он никак не мог избавиться от этого чувства, хотя на самом деле она больше унаследовала черт синдар.
Никаких следов на девственно чистом снегу во дворе Иорвет не увидел, словно никто не выходил. Он с опаской толкнул дверь: вдруг, пока его не было, рыцари Дикой Охоты всех перебили? Но нет, все находились в зале, кто не отлеживался после ранений, поднялся ему навстречу Геральт.
— Здравствуй, — торопливо сказал Иорвет и замер, чувствуя здоровым глазом холодок лезвия меча, остановившегося в сантиметре от его века. Эльфу показалось, что если он моргнет, то заденет металл ресницами. — Серебряный меч, Геральт?! Расцениваю это как оскорбление!
— Я видел, с кем ты явился, — проговорил Геральт, трясясь от ярости.
— Я знаю, что ты знаешь, — не менее злобно отозвался Иорвет. — Я тебя не предавал. Если б предал, пришел бы к тебе один и без оружия?
— Ты можешь, — спокойно сказал Роше, даже не встав из-за стола. — Ты совершенно без башни.
— Мне нужна Цирилла, чтобы помочь Дан открыть порталы, — Иорвет повернулся к темерцу, и Геральт едва успел отдернуть меч, чтобы не оставить на лице эльфа еще один шрам. — Дикая Охота не станет нападать.
— Ты сам себя слышишь? — фыркнула Бьянка. — Приперся с просьбой отдать Цири, когда твоя эльфка осталась у Эредина в лапах. И дураку понятно, что это обмен.
— Эредин не будет нападать, — повторил Иорвет, чувствуя, насколько безнадежна ситуация. Сам бы не поверил. — Цири нужна, чтобы мы ушли.
— Два дня задушевных бесед, и ты с ним уже готов в его мир свалить? — Роше развернулся и перекинул ногу через лавку, оседлав ее, уставился на скоя’таэля. — Геральт, я же говорил, звать эльфа на битву с эльфами — глупейшая затея, им спеться — раз плюнуть. Ну, на чем сошлись, скотина одноглазая? Какие все вокруг dh’oine мерзкие, одни вы во всем белом?
— Два дня? — уже не вынес и взорвался Иорвет. — Сука, да я семь месяцев с ним и его поганым характером затрахался уже во всех позах без смазки и оргазма, ты пробовал когда-нибудь из лука застрелиться?! Я — да! А теперь представь, что эта мразь еще тащит за собой каких-то волков, драконов и боевых слонов! Животных он, видите ли, любит! И это вечное: «я король, но не король, где моя корона, где мой народ»… — он перевел дыхание, вспоминая все, чем его бесил Эредин. А пунктов было предостаточно, взять хотя бы идиотскую привычку с утра пораньше надевать доспехи, отчего чутко спящий Иорвет готов был его повесить на собственном поясе. — Семь гребаных месяцев, да я его знаю теперь лучше вас всех. И на вашем месте я бы коллективно поклонился в ножки одному королю, которому приспичило забрать Эредина себе в дуэньи. Все, он нашел мир, то есть, мы нашли, где эльфы не только могут жить, а где их ждут, и Цири мне нужна, чтоб просто забрать верных мне скоя’таэлей из проклятой дыры, в которую вы превратили эту когда-то цветущую землю, — он вдруг резко устал снова, вспышка адреналина вымотала его окончательно. — Эльфы уходят, — негромко сказал он. — Настоящие эльфы. А этот мир — вам, — он обвел взглядом всех присутствующих и медленно спросил. — Что же вы не радуетесь? Скоро останетесь совсем одни… никто не будет мешать… некого будет проклинать… кроме себя, — он сел на лавку рядом с Роше и повернулся к нему, внимательно всмотрелся в лицо давнего врага. — Там есть люди, — сказал он ему, понизив голос до шепота.
— Даже не dh’oine? — подивился тот. — Стареешь, Иорвет.
— Язык не поворачивается, — усмехнулся эльф. — У них есть свои города, и ты бы точно нашел там себе место. Я вспоминал тебя, когда был среди них.
