И как в любой напряженной ситуации, иногда не хватает какой-то мелочи, чтобы спустить крючок. Моё пятнадцатиминутное мучение закончила цыпа, отворившая дверь в ванную и поймавшая взглядом затянувшееся действие.
Этого хватило, чтобы долго сворачивающая пружина выстрелила, пробив дрожью до основания и выбив хриплый крик. Птичка подошла ближе, пока я пытался прийти в себя и унять дрожь, и встала под душ рядом со мной. Я потянулся к губам, задыхаясь от отголосков разрядки, но все еще нуждаясь в её близости, её мягкости и такой подкупающей податливости.
Руки обвивают шею, грудь прижимается к моей, и вот я прижимаю мою птичку к кафельной стене, охреневая от расходящихся под кожей разрядов.
Хочу ли я секса? Нет.
Хочу ли я быть в ней? Да. Да, тысячу раз да. Просто обнимать, прижимать к себе, касаться губами и вдыхать, проводя носом по ее коже.
Не знаю, сколько мы проторчали в душе, но когда цыпа перехватила конец, я дернулся и отвел ее руку.
- Нет, птичка, не сейчас. Нам пора возвращаться…
Света закусила губу, просто вынуждая снова ворваться в ее рот языком и улететь на пару минут из тела. Только потом мы потратили полчаса, чтобы одеться, привести в порядок квартиру и собраться на выход.
- Покрывало засунула в стиралку, замочу, а завтра приеду и включу на стирку.
- Хорошо.
- Макс, я… постараюсь придумать вариант, чтобы съехать, но… Не знаю. Мне всегда казалось, что при расставании пара как-то сама должна проговаривать причины.
- Это будет безрезультатно, Свет. Я, наверное, смог бы, но не в ситуации с Ирой. Сейчас прогоняя весь наш период отношений, я впервые отмечаю, что она ни разу по сути не проявляла инициативу, кроме как… Ну, не важно. И ни разу не принимала решение. Я всегда был ведущим, но все выглядело так… органично. Мне кажется, именно на это я и подсел.
Света уже открыла входную дверь и задержалась, останавливая меня.
- Если ты не поговоришь, а просто спустишь на тормоза, у нас не будет шансов.
Я закатил глаза и втянул ее обратно в квартиру, захлопывая дверь.
- Свет… Света, у нас по любому нет шансов! Даже если я поговорю и попытаюсь объяснить Ире. Мы – не пара, пойми. Возраст, социальное положение… Что я могу тебе предложить? Что? А ты – как быстро устанешь от меня и помчишься по клубам в поисках развлечений? И даже если не это – скажи мне, мать тебя отпустит ко мне, или вообще от себя? Сможешь ты противостоять ее трем подругам? Насколько ты готова к самостоятельности, если в противовес тебя будут шантажировать полным игнорированием?
Она застыла. Потом кивнула и молча вышла из квартиры, закрыла за нами дверь и передала ключи соседке, неодобрительно разглядывающей нас. Всю дорогу продолжала молчать, видимо переваривая мой выпад. А у меня внутри все кипело и накручивалось из-за проявленной несдержанности.
Ну не дурак ли я? С другой стороны, надо сразу расставить точки над и. Между нами может быть только секс и то весьма непродолжительное время, а я не хочу только секс. Я хочу ее всю без остатка!
Возвращение домой стало новым ударом. Я с порога услышал знакомый голос:
- Ага, слышу шум в прихожей. Вот и мой обормот явился. Минуточку, Ириночка, сейчас мы продолжим знакомство, в семейном, так сказать, кругу.
- Папа? Какого хрена ты тут делаешь?!
Светлана
Я увидела старого, но подтянутого дедулю, с широкой улыбкой демонстрирующей тридцать два идеальных зуба, спешащего нам на встречу. Тут Макс обозначил дедулю, как своего отца, что я внутренне усмехнулась в точное попадание.
Нащупала взглядом маму, испытав секундное замешательство, но меня быстро отвлекла перебранка Макса с отцом.
- У меня очередная комиссия.
- Очередная у тебя была полгода назад.
- Ладно-ладно, подловил! Внеочередная. Пытаются списать меня на землю, что тут еще скажешь.
- Может они правы.
- Скажешь тоже, Макс! Я еще повоюю. Опытнее меня пилотов в компании нет. Я беру самые сложные рейсы. Все горячие точки – мои.
Макс поморщился, прижимая меня на мгновение за талию и тут же пропуская вперед, подталкивая к маме.
- О чем и говорю, может хватит?
Мама притянула меня к себе и нахмурилась:
- Ты бледненькая, с тобой все хорошо? Как себя чувствуешь?
Ну как – жутко стрёмно стоять между мамой и её любовником, теперь еще и моим. Зато уж точно, бледность сейчас полностью перекроется румянцем стыда.
- Всё нормально, мам, - оглянулась на вошедшего на кухню Макса.
Черт, как же он невыносимо красив!
В теле опять запульсировало и неприятно отдалось внизу живота. Голова немного притормаживала от пережитых ощущений, я не представляла, как себя вести и что говорить. Просто отлично, что сейчас я никого не интересовала и все внимание на себя отвлек дедуля.
- Представляешь, Максим, какой вышел конфуз, когда Денис Иванович вломился в спальню, а там в кровати я, - смеялась мама, предлагая Максу чай. – Но, к счастью, все быстро разрешилось. А где вы со Светой были?
Громогласный Денис Иванович перебил вопрос мамы, сразу переходя к планам и предположениям:
