Моя рука уже практически ныряет в Лилин карман, где она прячет от меня свои пальчики, но двери лифта распахиваются, и я торможу свой порыв, пропуская Гордееву вперёд, в пространство первого этажа.
Выходим из подъезда не спеша, как будто специально замедляя шаг. На улице мрачно и прохладно, так и хочется вернуться обратно в квартиру, в которой до сих пор жара. И это заслуга не индивидуального отопления. Это мы с Лилей «надышали».
Благодаря включенному заранее автозапуску двигателя усаживаю Лилю в тёплый салон. «Дворниками» сметаю пожухлые листья, упавшие на лобовое стекло. Включаю негромко музыку.
Замечаю, как из впереди стоящей тачки, с водительской стороны выходит парень, обходит свою машину, открывает пассажирскую дверь и заглядывает в салон. Появляется из него уже с ребёнком на руках, судя по розовой расцветке комбинезончика, девочкой.
— Я хотел тебе кое-что рассказать, — обращаюсь к Лиле, не сводя глаз с маленькой краснощекой девчушки, смотрящей на меня с детской настороженностью, пока её, возможно, папа достаёт пакеты из багажника.
— Что?
— Мне Аня сегодня звонила. Они с отцом ходили на узи. Теперь знают пол ребенка.
— И ты теперь знаешь.
— Да.
Перевожу взгляд на Лилю. Мне снова хочется поделиться с ней своими противоречивыми эмоциями. Ведь внутри меня чёрт-те что происходит от полученной информации. Здесь и принятие, и отрицание, и сомнения, и радость, и растерянность.
— И кого же они ждут? — искренне интересуется, сворачивая переписку в телефоне.
А я медлю с ответом. Самому ещё надо осознать.
— Девочку.
Лиля тепло улыбается:
— Ты будешь прекрасным старшим братом.
Молчаливо пожимаю плечами.
— Что за сомнения? — Лиля так приятно касается моей руки.
— Я не знаю, допустят ли меня вообще в её жизнь, когда она родится? Может, так и останусь за бортом.
— Если Аня посвящает тебя, значит, она хочет, чтоб ты был в курсе. Ей важно, чтоб ты знал.
— Возможно, ты права.
— Конечно, права. Слушай меня и Русское Радио, как говорил когда-то мой отец, — при упоминании своего отца затихает, опустив глаза. Но это длится недолго. — Вот я бы хотела иметь брата с такими чертами характера, как у тебя.
— Вот спасибо. А с такими мышцами?
— Если только, чтобы с помощью этих самых мышц ты отбивал от меня придурковатых ухажеров.
— Да я готов отбивать от тебя придурковатых ухажеров и не как брат.
— А как кто... Как друг?
— Как друг, — соглашаюсь, замечая, что Лиля снова затихает. Улыбка сходит с её лица.
Пристёгивается ремнём безопасности. Берёт в руки телефон, открывает диалог сообщений. А мне ничего не остаётся, как, включив заднюю передачу, выруливать со стоянки.
С трудом отыскав свободное место для парковки, втискиваюсь между двумя грязными тачками. Зато недалеко от центрального входа в универ.
— Мы приехали, — Лиля не реагирует на мои слова, уткнувшись в телефон. — Ты чего там так сосредоточенно смотришь? — не без усилий повышаю громкость охрипшего голоса.
— Мультик.
— Ты, конечно, в моей машине можешь сидеть сколько угодно. Но пары через 20 минут не у меня начинаются.
— Ты просто обязан со мной его посмотреть, — резко воодушевляется. — Он короткий. Меньше десяти минут.
— А не опоздаешь на лекции?
— Препод по культурологии постоянно задерживается в столовой, так что не страшно. Да и Дина держит меня в курсе.
— Как знаешь.
Лиля, отстёгивая ремень безопасности, разворачивается поближе ко мне. Перематывает видео на начало, раскрывая его на весь экран. Судя по заставке, названию и дате, это советский рисованный мультик.
Включает, прибавив на максимум звук.
Море. Солнце. Пляж. Маленькая девочка строит пасочки из песка. Маленький мальчик топчет их ногами у неё на глазах. Слов в мультфильме нет. Детские эмоции передаются прорисовкой мимики лица и атмосферной фоновой музыкой.
Проходит время. Та же девочка. Тот же мальчик. Но чуть старше. То же море. Солнце и пляж. Девочка играет с надувным дельфином. Мальчик отбирает его и забрасывает в море. Сам с ним плещется на волнах. Эмоции и музыка.
Годы спустя. Локации неизменны. Уже повзрослевшая, знакомая нам девочка играет надувным мячом. Повзрослевший, знакомый нам мальчик забирает у неё мяч и отфутболивает его далеко-далеко. Эмоции и музыка.
Но тут неожиданно появляется ещё один герой. Второй мальчик. Он, искренне улыбаясь, возвращает девочке надувной мяч. Они уходят в сторону и начинают вместе играть. А злобный мальчик остается стоять в одиночестве. Без мячика и без девочки.
— Что скажешь? — Лиля останавливает видео на финальных титрах.
— Правдиво. Тонко показаны отношения через игру.
— Вот и меня зацепило. Всё как в жизни.
— Ага, пока один обращает на себя внимание девушки подобными действиями, второй, проявляя настоящие пацанские качества, уводит её у него из-под носа. А потому что нечего клювом щёлкать.
