Я прикусила губу, всматриваясь в его лицо и ощущая витавшую в воздухе атмосферу неизбежного прощания. Я не была готова к этому и не хотела расставаться с Келланом. Закинув руки ему на шею, я прижалась к нему так крепко, как только могла. Если бы это помогло, я могла бы держать его так вечно, но я знала, что ничто не поможет. Мне придется отпустить его, ведь я должна позволить ему осуществить его мечту, как бы мне ни было больно.
Постепенно остальные участники вечеринки проснулись и начали расходиться, желая Келлану и Мэтту отличного путешествия и приключений. Пришли Эван и Дженни, и игроки в покер бессмысленно уставились на яркий солнечный свет, хлынувший в дом, когда они широко распахнули входную дверь. Чувствуя себя грязной и усталой, я лишь махнула рукой свеженькой Дженни: они с Эваном явно не праздновали так энергично, как я.
Увидев мое потрепанное лицо, Дженни подошла и обняла меня, а Эван хлопнул по спине Келлана.
– Ты как, Кира? – спросила девушка.
Я застонала, села на диван и откинулась на подушки.
– Ничего… – Окинув подругу взглядом, я нахмурилась. – Даже не помню, когда вы с Эваном вчера ушли.
Щеки Дженни слегка зарозовели, когда она оглянулась на своего друга, стоявшего в нескольких футах от нас.
– Ну, видишь ли… Ты была немножко занята в тот момент.
Келлан оглянулся, на мгновение оторвавшись от разговора с Эваном, и Дженни негромко фыркнула.
Я закрыла лицо ладонями. Боже, это унижение мне придется снова и снова переживать весь этот проклятый день. Засмеявшись чуть громче, Дженни взяла меня за руки:
– Я рада, что тебе было хорошо, Кира. – Она покачала головой и добавила: – Мы с Эваном боялись, что ты всю ночь будешь хандрить.
Улыбнувшись, я посмотрела на Эвана, татуированного панк-рокера с сердцем таким же большим, как и сердце Дженни. Он перехватил мой взгляд и мягко кивнул мне, и я почувствовала, как мое смущение начинает утихать. Эти люди любили меня, они не заставят меня сожалеть о мгновениях свободы, которые я пережила со своим возлюбленным. Тем более что это было просто необходимо мне перед нашим неизбежным тяжелым прощанием.
Пока Мэтт принимал душ, Рейчел тихо подошла к нам и села на диван рядом. Я с тоской прислушивалась к звукам льющейся воды, доносившимся сверху, желая оказаться следующей под ее струями. Душ мог помочь, он ослабил бы непрерывно пульсирующую боль в моей голове. Но тут же, само собой, я вспомнила и о том, что мы с Келланом проделывали в той самой ванной. Как раз в тот момент, когда мое лицо в очередной раз залилось краской, Келлан отвернулся от Эвана и улыбнулся мне, как будто точно знал, о чем я думаю. Прикусив губу, я отвела взгляд.
И тут я услышала:
– Кира, когда Мэтт выйдет, может, мы с тобой тоже искупаемся?
Нахмурившись, я оглянулась на последнего члена группы, как раз входившего в гостиную. Гриффин улыбался мне так, что меня это совсем не радовало, и по его глазам было видно, что он прокручивает в голове какой-то сексуальный сценарий с моим участием. Послав мне воздушный поцелуй, он добавил:
– Мне хочется, чтобы ты выкрикивала мое имя так же, как имя Келлана.
Я уже хотела подойти и врезать ему по физиономии, но тут он получил по заслугам сразу от нескольких человек. Моя сестра, сонно тащившаяся следом за своим парнем, изо всех сил стукнула его по голове. Дженни, сидевшая рядом со мной, фыркнула и швырнула подушку с дивана, угодив точнехонько ему в лицо, и даже Рейчел поучаствовала в наказании, ткнув басиста в живот пультом от телевизора. Но больше всего ему досталось от Келлана.
Одним прыжком преодолев расстояние между ними, он схватил Гриффина за длинные волосы и с силой дернул к себе.
– А ну-ка, извинись, Гриффин, или я вышибу из тебя извинение!
Его синие глаза потемнели и стали ледяными, пока он всматривался в лицо басиста. По тому, как холодно звучал его голос, я понимала, что Келлан не шутит. Он уже был сыт по горло тем, что Гриффин постоянно дразнил меня и преследовал своими идиотскими сексуальными замечаниями.
В комнате повисло напряженное молчание, и Эван поспешил положить руку на плечо Келлана, стараясь успокоить его. Анна попыталась оттащить Келлана назад, но тот не сдвинулся с места и продолжал держать Гриффина за волосы, не отводя взгляда. В светло-голубых глазах басиста на мгновение вспыхнул страх, а потом Гриффин рассмеялся:
– Эй, братишка, ты что, хочешь еще один поцелуй? Только попроси!
Взбешенный Келлан отпустил наконец этого идиота. Напряжение в комнате спало, когда Гриффин, отшатнувшись, согнулся пополам.
– Парень, тебе бы увидеть свое лицо! Это было нечто! Я уж думал, ты и в самом деле меня ударишь!
Келлан, фыркнув, отошел, а Гриффин выпрямился и обнял Анну. Тыча пальцем в сторону удалявшегося обратно на кухню Келлана, Гриффин захохотал:
– Повтори-ка еще разок! – Передразнивая Келлана, он прорычал: – «Или я вышибу из тебя извинения!»
Анна стукнула его по груди, но слегка усмехнулась, а Гриффин, вздохнув, покачал головой.
– Просто классика!
