Порой Крамер ловил себя на мысли, что внутри него просто живет страх перед возможностью ранить или убить. Или причина его неудач кроется в том, что душа Лейлы боится, что новый Обрученный, увлекшись поединком, серьезно ранит дорогого ей человека. Оставшись в одиночестве, Олегу хотелось разбить какую-нибудь драгоценную вазу, украшавшую его комнату, или просто выругаться от безысходности. Он понимал, что Марко не шутит, и его рука не дрогнет уничтожить подделку любимой женщины.
А тут еще Ассель, которая появлялась словно из ниоткуда с разными сюрпризами и подарками. Это мешало сосредоточиться и спокойно подумать о предстоящем поединке.
…В это утро Ассель встретила Олега с букетом незабудок, едва он переступил порог своей комнаты. За ее спиной маячила одна из прислужниц, не преминувшая сердито шикнуть:
— Прошу вас, Серебряная, быстрее! Девушкам не подобает находиться в мужском крыле дворца так рано!
Что — то в облике Ассель озадачило Олега. И, прежде чем он успел, как следует, удивиться, девочка радостно захлопала в ладоши:
— Я знала, что тебе понравится! Ты же любишь девушек с тёмными волосами? Хотела поддержать тебя перед поединком с Марко. Об этом все говорят, так что не удивляйся, что я знаю. Я изменила цвет волос в честь твоей победы! Я верю в тебя, Хельг!
Она тепло улыбнулась, кокетливо наматывая на палец прядь коротких иссиня — черных волос.
Крамер не нашелся, что ответить, только улыбнулся в ответ. Новый облик Ассель его приятно удивил. Все — таки здорово, что кто-то переживает за него и радуется его успехам. И в качестве поддержки даже готов изменить цвет волос.
Висевшие в коридоре дворцовые часы гулко пробили полдень. Удар-подсечка, удар… Олег, тяжело дыша, смахивал капли пота со лба. Марко выглядел таким же собранным и уверенным в себе, как и в начале боя.
К счастью, Крамер научился контролировать силу ветра, что позволяло двигаться плавно, почти не касаясь пола. В противном случае он не продержался бы и десяти минут. Правое запястье болело от слишком большой нагрузки при блокировании прямых ударов Марко. В другой ситуации, Олег оценил бы своеобразную красоту этого жестокого танца в мерцающем свете свечей и звоне оружия, но сейчас он слишком устал. Бросив взгляд в зеркало, юноша равнодушно отметил, что его одежда кое-где изрезана, и забрызгана каплями крови, в то время как на расшитой серебром тунике Марко не было ни одной дырки.
Воспользовавшись замешательством Обрученного, Серебряный усмехнулся, сделав резкий выпад, и рассек ему щёку:
— Знаешь, я думаю, что ты просто боишься меня. Твой меч слишком слаб, отражая внутреннее состояние хозяина, поэтому ты пропускаешь такие простые удары. И я уже предупреждал тебя: будешь только обороняться — проиграешь, потому что вечно защищаться невозможно, особенно с сильным, готовым к длительному поединку противником. Лучшая защита — нападение, Хельг!
— Вы — самый несносный учитель из всех, что у меня были, — вспыхнул Олег, и, совершив кувырок в воздухе, который стал однажды началом его прочих спортивных достижений, оказался за спиной воина. Он не медлил и секунды, только поэтому смог срезать вместе с серебряной лентой прядь светлых волос.
Легко отразив его следующий удар, Марко изящным жестом смахнул со лба волосы, рассыпавшиеся по плечам рыжим водопадом:
— Все, на что ты способен — это глупые шутки. Мне надоело терять время, ты бесполезен. У мечей Атлантиды есть скрытая сила, которую тебе, увы, уже не суждено постичь. Хотя ты проиграл, когда дал согласие Вальдаренту на тренировку со мной. Помолись перед смертью богам, в которых веришь, мальчишка! Ты навсегда останешься в этом зале! Да застынет океан!
Смахнув кровь со щеки, Олег попытался сосредоточиться. Игры закончились. Лезвие меча Марко вспыхнуло холодным светом, напоминая оружие из когда-то просмотренного фантастического фильма. По комнате пронесся ледяной вихрь, зеркала покрылись инеем, пол затянула корочка льда. До Олега донесся исступленный крик Ассель — девочка все же пришла посмотреть на поединок.
«Пока жив, помни о завещанной тебе силе шара и пяти Серебряных», — на мгновение Олегу показалось, что он видит призрак Лейлы.
«Хватит, наигрался… Теперь только победа или смерть», — мрачно подумал Олег, сильнее сжимая замерзшие пальцы на рукояти меча. Знакомое ощущение полета пришло к нему, и губы прошептали то, что казалось важным:
— Кардильер, по воле хозяина, расправь крылья!
Лед, плотной коркой сковавший руку, начал плавиться, меч выскользнул из ладони, создавая вокруг себя воздушный вихрь. Вздрогнули стены, и на сражавшихся обрушился смертоносный дождь из острых осколков десятка зеркал, служивших комнате декором.
«Невозможно, зеркала разбиты!», — Ледяной воин шокировано разглядывал творившийся вокруг беспорядок, не обращая внимания на серию порезов от осколков осыпающихся зеркал. Марко понял, что исход боя решен. Даже обладавшей огромной силой Лейле ни разу не удалось разбить зеркала.
Что ж, он проиграл второй раз в жизни и готов принять свою судьбу.
