– А я Ксавье, отец Оливье. Добрый день, Эстер. Добрый день, Алиса, – добавил Ксавье, поворачиваясь к таксидермистке.
– Добрый день, Ксавье, – улыбнулась Алиса. – Надеюсь, наша мастерская вас не очень напугала?
– Нет, ни капли! – воскликнул Оливье. – Тут так здорово!
Он приблизился к гигантской птице, обошел ее со всех сторон, посмотрел в ее желтые глаза и осторожно потрогал перо у нее на спине.
– Мне очень нравится летучая мышь у Бернара, – сказала Эстер.
– Да, я ее видел.
– Пойдем еще посмотрим, он ее уже заканчивает, – предложила Эстер и повела Оливье к столу с летучей мышью.
Таксидермист, которого, как выяснилось, звали Бернаром, повернулся к ним:
– Ну, что скажете?
Ксавье улыбнулся Алисе.
– Спасибо вам, – сказал он. – Мне кажется, что благодаря вам мой сын надолго запомнит этот день.
– Он не испугался, а это уже немало, – ответила она. – Пару месяцев назад Эстер привела сюда своего приятеля. Бедняга от страха чуть свое имя не забыл. С тех пор они не разговаривают. А у меня было подозрение, что она в него немного влюблена, – грустно усмехнувшись, добавила она, затем встала и мыском туфли оттолкнула кресло. – Как вам, нравится? Я уже несколько месяцев над ней работаю, она мне скоро по ночам сниться начнет.
– Исчезнувшая птица додо, – прошептал Ксавье. – Выглядит потрясающе, прямо как живая.
– Значит, получилось. Но она еще не закончена. Осталось подкрасить некоторые перья и нанести ей легкий макияж – на клюв и вокруг глаз.
– Вы делаете им макияж?
– Конечно, это самый последний этап работы. То, чем сейчас занимается Бернар со своей летучей мышью. Хотя на самом деле это настоящий вампир-кровопийца. Они водятся в Южной Америке и нападают на крупный рогатый скот.
Ксавье смотрел на Алису, такую красивую в белом халате, надетом на что-то, как и в прошлый раз, черное. Рядом с птицей, исчезнувшей еще во времена Людовика XIV, она казалась такой же необыкновенной. Ему захотелось сказать ей, что она прекрасна, но он не осмелился, а вместо этого спросил:
– А где вы берете всех этих животных?
– Из заповедников, – ответила Алиса. – Ни на одно из них не охотились. Все они умерли естественной смертью, даже самые молодые. Мы получаем соответствующие сообщения. Или сами направляем запрос на тот или иной экземпляр, и рано или поздно нам его доставляют. Программа строго регламентирована в рамках Вашингтонской конвенции.
Услышав название города, Ксавье вспомнил, что Алиса, возможно, скоро переберется в американскую столицу.
– Не хотите кофе? – предложила она. – По-моему, нашим детям не до нас.
Действительно, Эстер и Оливье сидели рядышком на двух стульях, а Бернар показывал им стоящего на подставке орла с раскинутыми крыльями.
Алиса и Ксавье молча пили кофе из пластиковых стаканчиков.
– Удивительная у вас профессия, – наконец сказал Ксавье.
– И очень древняя, – кивнула она.
– Вы выбрали ее по призванию?
– Ну, в каком-то смысле да. Мой дядя работал продавцом в знаменитом магазине «Дероль» на улице Бак, где торговали чучелами животных и птиц. Девочкой я проводила там целые часы. У меня были свои любимчики: лев, тигр, розовый попугай и киви. Я придумывала им имена и разговаривала с ними…
– Как Эстер разговаривает со своей летучей рыбой?
– И правда, – улыбнулась Алиса. – Я часто слышу ее через стенку. Надо показать вашему сыну наших крупных животных, – вспомнила она и позвала: – Эстер, Оливье! Идите сюда!
Дети вскочили со стульев, поблагодарили Бернара и вернулись к Алисе и Ксавье. Алиса взяла ключи, открыла дверь и через подсобку вывела их во двор к зданию складского типа, сооруженному из стальных конструкций, похожих на балки Эйфелевой башни, крытому черепичной крышей. Алиса набрала код, и большая двустворчатая дверь, издав электронный писк, открылась. Внутри один за другим начали, мигая, зажигаться неоновые светильники. Но вот они загорелись ровным светом, и Оливье разинул рот от изумления. По обе стороны центрального прохода, сколько мог видеть глаз, стояли чучела животных. Он насчитал пять жирафов и четырех слонов, увидел носорога и множество львов, тигров и горилл. Сверху свисали подвешенные к потолку акула и небольшой кашалот; бактриан и дромадер держались рядышком и словно ждали, кого из них выберет бедуин; белый медведь поднялся на задние лапы и смотрел куда-то вдаль, как будто наблюдал невидимое другим полярное сияние. Это неподвижное царство выглядело совершенно нереальным, и Оливье послушно следовал за Эстер, которая с видом знатока представляла ему животных.
– Потрясающе, – вымолвил Ксавье, глядя в спину забывшим о родителях детям. – Прямо-таки какой-то Ноев ковчег!
– Вы попали в точку, – кивнула Алиса. – Именно так его у нас и называют. Но это настоящая сокровищница. В мире немного найдется столь же богатых собраний.
Они не спеша шли по проходу. В какой-то момент у Ксавье возникло ощущение, что они в церкви и движутся к алтарю, чтобы сочетаться браком в присутствии гигантских зверей в качестве приглашенных гостей.
– Я рада, что вашему сыну здесь нравится. Вы ведь в разводе, я правильно поняла?