– Нет-нет, о ближайшем. Последним перед вековым перерывом. Оно произойдет через двенадцать дней, 6 июня. Я даже завел себе будильник. – Он похлопал по жилетному карману, где у него лежали часы. – Буду наблюдать за ним в интернете. Правда, в Париже мы увидим только самый конец транзита, зато очень четко.
– Через двенадцать дней будет прохождение Венеры? – недоверчиво спросил Ксавье.
– Да, – ответил Луиджи. – Его можно будет наблюдать ранним утром в течение часа. В следующий раз Венера пройдет перед солнечным диском в 2117 году. Так что вы читаете свою книгу в подходящий момент, – с улыбкой добавил он и глотнул вина. – У меня к вам один вопрос. Как вы узнали о Гийоме Лежантиле? Вы увлекаетесь астрономией?
– Нет, что вы, – смутился Ксавье. – Я мало что смыслю в звездах. Меня скорее интересует архитектура, старинные памятники…
– Почему же тогда вы читаете Лежантиля? Вам нравятся книги о путешествиях?
– Его книга мне точно нравится, хотя узнал я о нем в значительной степени случайно. – Ксавье отпил монраше. – Я нашел телескоп Гийома Лежантиля в стенном шкафу недавно проданной квартиры. Никто на него не претендовал, и я забрал телескоп и поставил у себя на балконе…
Ксавье прикусил язык. Ему вдруг показалось, что воздух перед ним задрожал и лицо итальянца начало расплываться. Он заметил, что Алиса медленно повернула к нему голову и пристально на него смотрит. Тем же неподвижным взглядом, каким взирают на мир изготовленные ее руками чучела животных.
– Должно быть, это старинный медный телескоп на металлической треноге, с выгравированным на нем именем астронома? – не унимался Луиджи.
– Да, именно такой, – промямлил Ксавье.
– Какая прелесть! – восхитился итальянец. – Вы сможете наблюдать за транзитом Венеры через телескоп Гийома Лежантиля и тем самым позволите ему взять у судьбы реванш. Впрочем, я обещал вам не рассказывать, чем кончается его история. – И он поднял свой бокал.
– Нет, не рассказывайте, – чуть слышно пробормотал Ксавье.
Алиса все это время молчала, и он не смел посмотреть ей в глаза.
– Он просто чудо, – шепнул ей на ухо Луиджи, провожая их к выходу.
Алиса вопросительно взглянула на него.
– Ваш жених, – объяснил он, указывая на Ксавье, который шел впереди. – Образован, хорошо воспитан… И читает Лежантиля. Вы не ошиблись с выбором, поверьте моему опыту.
– Луиджи… – Она улыбнулась, но в ее улыбке читалось легкое разочарование. – Спасибо вам за прекрасный вечер. Никогда не меняйтесь, маэстро! Оставайтесь таким, какой вы есть. – И она коснулась пальцами его руки.
Ксавье остановился и тоже поблагодарил хозяина дома за радушный прием. Они простились. Ворота со щелчком закрылись за ними. Ксавье и Алиса очутились на тротуаре. Несколько мгновений они молчали. Наконец Алиса подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.
– Значит, это ваша квартира, – тихо сказала она. – Вы показали мне свою собственную квартиру. Я приводила вас к себе. У вас на балконе стоит телескоп, и через него видны мои окна. Вы подглядываете за мной?
Ксавье не знал, что ей ответить.
– Я не понимаю, что вы за человек. Но теперь я вас боюсь. Давайте на этом расстанемся. – И она ушла.
Ксавье, словно оглушенный, стоял возле ворот особняка. Можно ли столь стремительно из рая низвергнуться в ад? И все из-за одного-единственного слова. Телескоп. Если бы он не заговорил о телескопе, Алиса сейчас улыбалась бы ему и они вместе шли бы по улице, обсуждая великолепный особняк итальянца и вспоминая удивительную историю зебры Анатоля. Все было бы по-другому. Если Луиджи Несси прав насчет всех этих квантовых теорий, то где-то существует другая вселенная, где Ксавье ловко обошел щепетильный вопрос о своем внезапном интересе к «Путешествию по Индийскому океану». Да, такая вселенная где-то существует. Но он живет не в ней.
Он потерял Алису. Он все потерял.