И знаете, я ошибся. Ошибся, когда сказал, что остался собой. Он все же изменил меня, точнее, не он, а моя любовь к нему. Я не мог больше смотреть на парней. Это казалось мне кощунством. Предательством. Он был не первым, но последним в моей жизни. Самым лучшим. Идеальным.
…
Мой телефон ожил, настойчиво вибрируя в кармане джинсов. Не люблю разговаривать, идя по улице. Но и игнорировать данный рингтон не мог, ведь знал, кто мне звонит.
— Жень, привет, — звонкий женский голосок в моей новой трубке. Алиса… Она и правда была как девочка из сказки. Только два уточнения: она не девочка, и она, несмотря на свою невинную внешность, — стриптизерша.
— Привет, Лиса, — улыбаюсь, услышав ее голос.
— Занят? — я знаю ее всего около месяца, но ощущение такое, словно года. Открытая. Веселая. Симпатичная, а главное — не навязчивая.
— Не особо. Иду со скучнейшей на свете работы, — подкуриваю очередную травящую меня сигарету.
— Вот, кстати, об этом я и хотела с тобой поговорить, — уверен, что, услышав щелчок моей зажигалки, она скривилась. Усмехаюсь и делаю глубокую затяжку.
— Стриптиз танцевать я не буду, — предостерегающе начинаю и слышу хохот на том конце.
— Окей, не будешь. Приходи сегодня в клуб, праздник как-никак.
— Мой самый ненавистный день в году, ласточка. Забыла? — теперь моя очередь кривиться. Сегодня ровно год с моей глупейшей и в тоже время гениальнейшей глупости…
— Нет, просто хочу научить тебя любить его. Это будет весело, честно.
— Если… — начал я свою угрозу.
— Если не будет, то ты собственноручно открутишь мне мою рыжую головушку.
— Заметано, — соглашаюсь, ибо пытаться ей противостоять — себе дороже порой.
Спустя два часа я стоял у клуба. Ждал, собственно, эту заразу. И какого лешего я согласился сюда прийти? Я же ненавижу такие заведения… Я был-то в клубах пару раз, пять от силы за всю жизнь, и то Марк затащил…
Марк… мы почти перестали общаться. Ведь он теперь всегда со Светкой, да и расстояние… оно все же мешает дружбе.
Внутри заведения, чему я очень удивился, не было и намека на розово-сопливый праздник. Атмосфера скорее интимная, чем полная веселья. В темных углах зала стояли комфортабельные диванчики, на которых восседали парочки. Немалое количество столиков. Полураздетые барышни разносили заказы. Идеальные размалеванные куклы, покачивающиеся в такт оглушающей музыки.
Может, все будет не так уж и плохо?..
— Подожди, я сейчас все тебе объясню, — крикнула мне девушка на ухо и втянула в помещение, где была более-менее слышимость.
— Ну, попробуй, — осмотрел я ее и приподнял бровь выжидающе.
Одета она была.… Не одета она была, вот так будет правильнее. Короткие донельзя шортики на аппетитной пятой точке. Короткий топ-лиф и высоченные шпильки. Рыжие волосы были зализаны в высокий хвост на макушке. А зеленые глаза озорно блестели, обведенные фиолетовым карандашом в тон ее костюма.
— В общем, хочешь поработать ведущим?
— У меня нет опыта, — открестился сразу же. Браться за то, чего не умею, не хотелось. Ненавижу несостоятельность. Все должно быть идеально. Всегда, во всем, везде.
— А он и не нужен, хозяин клуба — мой сводный брат. Если хочешь…
— Я же сказал, что не могу. Не умею и не уверен, что мне это нужно. Я, вообще-то, не люблю подобную сферу отдыха, — отнекивался вовсю. Я в клубе? Работать? С ума сошли?
— Помнится, ты хотел изменить свою жизнь, — прищурилась моя «подруга».
— Не было такого, — вру, было. Ну а толку? Не так я хотел все переменить.
— Было, а еще ты хотел, наконец, начать все с чистого листа, увидеть новые горизонты.
— Лис, дерьмовый из меня ведущий. Правда.
Алиса лишь коварно улыбнулась и помотала своей яркой головушкой в стороны.
— Ох, Женька, твое природное очарование неимоверно. Ты же публику влюбишь в себя, а Томка уже приелась всем, да и в декрет идти хочет. Ну, пли-и-и-и-из, — заканючила она, хлопая накладными ресницами.
Вот так я и стал работать в клубе, 14 февраля в 23:30.
…
И не жалею. Совершенно. Наши отношения с Алиской преобразились. Мы стали друзьями, партнерами и парой. Она знала о том, что место в сердце моем занято давно и надолго, скорее всего, навсегда. Видела грусть на дне моих глаз, когда я рисовал его. Тоску во взгляде, когда отводил глаза в сторону, стоило ей спросить о нем. Отличала лживую улыбку от искренней с легкостью. И даже по тону голоса понимала, что я чувствую. Удивительная девушка, я вам скажу. Терпеливая. Чуткая.
С ней было легко. Легко думать. Легко молчать. Легко вести беседу. Легко спать. Легко кончать. Все легко. Только любить ее я не мог… Я все так же вспоминал Рому. Все так же просыпался ночами, глупо смотря в потолок. Все так же курил бессовестно много, закрыв глаза и прокручивая то, что было и чему больше не быть.
Я рисовал его в свободные минуты, когда становилось совсем невмоготу. Когда тоска клевала душу. Когда сердце сжималось в тисках. Когда любовь алой кровью сочилась из сердца. По венам… Болезненно. Мучительно.
