Игорь послушно вернул сползающую на веко бровь и хотел было спросить: ну что такого ужасного произойдет, если он рассекретит свою личность не на скучной пресс-конференции, а прямо здесь, посреди толпы, которая, как он убеждался с каждой минутой все больше, его действительно любит. Он то и дело замечал транспаранты и плакаты со своим изображением и, глядя на них, испытывал совершенно детский восторг, как будто снова держал в руках ту кошку с зеленой ленточкой. Было что-то невероятно трогательное в том, что эти люди, как настоящие ретрограды, увлеклись DIY и сделали картонного Игоря своими руками!
Мама бы им гордилась: разве не на дело, подобное этому, она гнала его, обратившись в листву и ветер, в ту самую ночь, когда Игорь едва не выпал из окна? Сейчас он стоял рядом с Лизой на площади, и люди вокруг скандировали его имя, и на сцену готовились забраться известные оппозиционные деятели и артисты, про которых Игорь узнал только в последнюю неделю, но это все не важно, главное, что узнал! И Лиза, его Лиза, стояла рядом и немного дрожала, наверное, от холода или от энтузиазма, не знавшего границ, и Игорь был готов поклясться, что слышит колокола. Возможно, где-то рядом высилась церковь, но за всем этим шумом вокруг уже не различить, а значит, можно сказать:
– Лиза, выходи за меня!
– Что? – Она дернулась от него в сторону и задела спиной соседа. Это был мальчик лет десяти в куртке, идентичной той, что носил Игорь, и с фиолетовыми тенями под глазами, которые, вероятно, должны были походить на Игоревы синяки. Мальчик решительный, бесстрашный и определенно знающий толк в искусстве косплея. Он оглядел Лизу, сплюнул на землю и обратился к Игорю:
– Мужик, а ну-ка подсади меня, – и указал на фонарный столб.
Игорь послушно потянулся к нему, но Лиза перехватила его руку:
– Не вздумай! Он еще ребенок!
– Это кто тут ребенок? – возмутился мальчик. – Между прочим, полиция давно запретила задерживать детей, так что я все могу. Поняла меня, а?
– Вот именно, что «а», – отмахнулась от него Лиза, и мальчик был вынужден обратиться к соседу слева.
Она толкнула Игоря поближе к сцене, хотя, казалось, еще немного – и Игорь упрется в невысокое заграждение, которое он бы с легкостью мог перескочить. Но не стоит выделяться заранее.
– Я понимаю, что рано, – Игорь вспомнил о предложении, – что ты замужем, но разве ты не видишь, мы на пороге нового, совершенно иного периода?
– Какого еще периода?
– Ну как же… – растерялся Игорь. – Это ведь только начало, правда? Нас ждет удивительное приключение. Я прибыл сюда, думая всего лишь остановить поток незаконной шуботорговли, но, господи, как мелко я мыслил! Если Сибирь до сих пор так зависима от Москвы, мы сможем заставить ее измениться, изменив сперва саму столицу. Регионы поднимутся не вопреки, а благодаря Москве, как тебе такое? И границы снова станут мирными, и не надо будет никого отстреливать! Если я встану во главе Москвы, то моей Сибири не понадобится никакая стена, представляешь?
– Игорь, что ты несешь… – прошептала Лиза, прикрывая глаза.
– И мне нужна ты. Ничего этого, – он оглянулся по сторонам, – ничего этого не было бы, если бы не ты! Вместе мы сила, Лиза! Мы смотрим в одну сторону, у нас одни ценности, и вдвоем мы сможем изменить этот город!
– Какую сторону? Какие ценности? О чем ты, Игорь? – недоумевала Лиза. – Я замужем за Андреем, я люблю его…
– Но он же не ценит тебя! – напирал Игорь, и Лиза вконец разозлилась:
– Да с чего ты взял?
Не для того она сюда пришла, чтобы выслушивать такое.
– Вы же поссорились!
– Да все люди ссорятся и мирятся, Игорь! – парировала Лиза. – Это называется «иметь отношения». Отношения – это всегда кривая, ты слышишь меня?
– Но ты же сама сказала… ты сама сказала про меня и Вадима: «Зачем продолжать отношения, которые убивают тебя?»
– Предательство – это другое, Игорь! Как же ты не понимаешь?!
– Что не понимаю?
– А то… – начала было Лиза, но тут же осеклась, потому что на них смотрели все. Даже тот мальчик-косплеер, успевший забраться на столб. – Нет, сейчас не время, сейчас об этом говорить невозможно… давай потом, – и она, не взглянув на Игоря, двинулась к выходу.
– Эй, не уходи! – окликнул ее Королев. Не в силах сдерживаться и дальше, Лиза обернулась к нему и практически прокричала:
– Ну дай мне побыть одной! Хватит таскаться за мной! Ты же взрослый, у тебя должна быть своя жизнь!
Игорь замер, ошеломленный. Окружающие смотрели на него, Лиза на его глазах скрывалась в толпе, поднявшийся на сцену японец неловко крутил в руках выключенный микрофон.
Игорю вмиг захотелось растаять или упасть в пропасть, потому что он в очередной раз показался себе тем самым трусливым мальчиком, что жался в ожидании брата на кухне. Игорь четверть века убеждал себя, что он вовсе не труслив, он доказывал себе это на каждом боевом задании, но когда дело доходило до общения, он чувствовал, что постоянно пасует, сдает назад. Чувствовал, что в общении с людьми теряет контроль над ситуацией, и нет из этого мрака выхода, нет никакого решения. Ну почему никто не слышит и не принимает его?
