— А ты замечала у этих мальчиков симпатичные железные игрушки, которые они носят в специальном чехольчике? Он у них кобурой называется. Так вот,
— И он, перепутав элементарные вещи, пошел налево?
— Нет, в буквальном смысле он пошел направо, хотя, по сути, вышло налево. Он стал цепляться к синхронистке, у которой уже был кавалер из дзюдоистов. В результате пацаны решили выяснить отношения, и дзюдоист основательно навалял метателю молота. Между прочим, тому парню, который первым обозвал меня Герасимом.
— Ясно. Ты хочешь сказать, что если уж мужчина-метатель уступил борцу, то тебе тем более ничего не светит, — вздохнула Вера.
— Я уже заметила, что охрана тут серьезная. О бегстве остается только мечтать. Лучше прикинуть, для чего нас похитили, — сказала Юрьева.
— У Геры на этот счет есть две похожие идеи. И обе крайне сомнительные. Посмотрите, в комнате десять кроватей. Зачем человеку тренеры сразу по десяти видам спорта?
— А какая вторая идея?
— Будто нам придется участвовать в соревнованиях типа Спартакиады. Только с кем мы будем соревноваться? Сами с собой?
— Ну почему. Сначала в гимнастике, потом в плавании, затем в метании молота. И по итогам всех дисциплин будет выявлена абсолютная чемпионка.
— Глупости. Я вот, девочки, думаю, что какому-то богатенькому Буратино нравятся сильные тренированные женщины. И он решил устроить из них гарем.
— Гарем? Тогда я ему не завидую, — Гера замялась. — Честно говоря, у меня совсем маленький опыт сексуальной жизни. Но один парень оказался замечательным любовником. Он довел меня до состояния, когда я перестала себя контролировать. Мозг окутала сладкая пелена райского наслаждения. В порыве страсти я чересчур сильно обняла своего любовника. Вскоре чувствую — он обмяк. Я думала, что он кончил, а оказалось — кончился.
— Совсем? — ужаснулась Юрьева.
— Почти. Я сдавила его так сильно, что он потерял сознание. У него оказались сломанными несколько ребер.
— На какие только жертвы не идут мужчины ради нас, женщин, — заметила Вера.
— Ты, подруга, не иронизируй, а прикинь. Если твоя идея верна, наш Буратино скоро пожалеет о своем опрометчивом решении. И что дальше?
— Почему пожалеет? А если он большой сильный мужчина, полный сексуальной энергии.
— Размечталась. Видела я наших богатеев. Все они маленькие, толстенькие, с потной лысиной и животом размером с астраханский арбуз. Такого хватит минуты на три, если он не будет слишком торопить события.
— Гера, в твоих объятиях он проведет всю оставшуюся жизнь. Такую короткую оставшуюся жизнь.
— Подруга, с тобой сегодня невозможно говорить серьезно. Все зубоскалишь.
— Да просто смешно. Я представила олигарха, опускающегося с неба на личном вертолете. Он является сюда, в глушь, чтобы жена и деловые партнеры не догадывались о его извращенной страсти. Мы встречаем его в коротеньких платьицах, берем на руки и относим в спальню. И он говорит: «А вас, Гера, я попрошу остаться!»
— Ерунда! — вдруг громко сказала Светлана.
— Что ерунда? — посмотрели на нее обе девушки.
— Я вот думаю над словами Веры. Полная ерунда выходит. Зачем олигарху так рисковать? В комнате стоит десять кроватей. Значит, он должен похитить за короткое время десять человек. Слишком много. Поднимется страшный шум, к делу подключится милиция. Неужели человек, сумевший заработать большие деньги, настолько глуп? Он ведь должен понимать, что куда безопаснее красть нас поодиночке. Похитил одну, натешился и отправляй своих бандитов за второй. Нет, раз мы ему нужны в одном месте одновременно, здесь кроется что-то другое.
— Я его видел пару дней назад около здания, а сегодня кто-то проколол мне колесо, — в голосе Валерия Марковича Ломского, совладельца фитнес-центра «Юнона», слышался неподдельный испуг.
«Интересно, в какой части тела у тебя находится колесо», — про себя усмехнулся Комбат, а вслух спросил:
— Кого вы видели?
— Ну, того типа. Одного из бандитов, от которых вы меня избавили. Мне кажется, они хотят взять реванш за свое поражение. Как вы думаете, Борис Иванович?
— С ходу мне трудно делать выводы. Давайте договоримся так. Я обмозгую ваши слова и часика в четыре подъеду. У вас нет возражений?
— Какие могут быть возражения, Борис Иванович! Жду вас с нетерпением!
