Вне игры полностью

— Дровосека и дробителя. Взять их не удалось, потому что чертов «горевестник» — уникальный класс и присвоился автоматически.

— Да уж… — вздохнул он и разразился проклятиями, согласно которым следовало наказать криворуких разработчиков, придумавших и воплотивших идиотский класс горевестника. Список наказаний варьировался от садистки-вульгарных до ужасающе-разрывающих. Закончив с перечислением, Большой По закончил мысль неожиданно: — Но баланс система все равно нашла. Что, будем усиливать твою кирку? Только надо свалить отсюда подальше, чтобы опять те черти албанские не налетели.

— Будем, свалим, — ответил я, оглядываясь. Там, где упало дерево, теперь лежали аккуратно распиленные доски. — Дай только дрова собрать.

Видимо, доски распилились автоматически после того, как рухнувшая елка прибила паука. Реализма в этом было ноль, зато не надо было заморачиваться.

Уходя, Полидевк с сожалением поглядел на свой недорубленный дуб:

— Подождешь, пока добью дерево?

Ничего не ответив, я выгрузил топор и нанес несколько ударов, чем довел прочность дуба до 1 %.

— Подожду.

Ухмыльнувшись, Большой По закончил работу. Его доски пришлось делить между собой — ему не хватало грузоподъемности, а часть экипировки албанцев — нести в руках. На случай, если Вагончик и его люди вернутся, мы решили уйти в лес еще дальше и в итоге достигли скал и уходящих в глубину расщелин вроде той, где мы когда-то открыли инстанс «Улье сарантаподов».

Ушли так далеко мы еще и потому, что здесь снижались шансы нарваться на патрули «Детей Кратоса», если, конечно, они были. Кроме того, мы надеялись, что наткнемся на мобов и, если повезет, прокачаемся еще больше. То есть я — еще больше, а Полидевк возьмет наконец 4-й уровень.

Мобы нам не встретились. Перепрыгнув через одну из трещин, такой глубокой, что не было видно дна, мы скинули лут.

— Выбирай все, что тебе годится, — сказал я. — Остальное разрушу.

— Я выберу, ты тоже, — ответил Большой По, поднял указательный палец. — А вот остальное ты разрушишь. Наверное. Хотя, возможно… — Он покрутил пальцем. — Я повторяю, возможно, стоило бы приберечь шмотки, припрятать. Или продать вендору.

Последнее он произносил, уже перебирая вещи. Повздыхав, снял с себя сапоги и переобулся в Ботинки подземного стража из-за того, что у них был выше показатель брони. На единицу. Из оружия он оставил двуручный Грубый затупленный меч с уроном «12–24», из экипировки взял еще костяной Шипастый нагрудник, Латные наплечники, кожаные Охотничьи штаны и Перчатки рудокопа, а также Плетенный поясок подземного стража, больше похожий на веревку. Все было белым, и только пояс — зеленым с бонусом на выносливость.

Закончив экипироваться, Большой По отошел от кучи оставшихся вещей, уступив место мне.

— Уверен? — спросил он, когда я занес мифическое кайло над грудой предметов. — Скиф, подумай, может, лучше продать вендору, если не нравится шмотка? Или… Не понимаю! Какой смысл рушить кольчугу, если ты ее можешь надеть на себя? Вряд ли кайло поглощает показатель брони, только зря…

Мифический металла лязгнул о сталь кольчуги, высекая искры — ее показатель прочности снизился.

— Проверить не помешает, — выдохнул я, нанося второй удар.

— Скиф! — Большой По чуть не плакал. — Давай на чем-то похуже проверим!

Стук!

— Вон, на штанах кожаных проверь! Они один фиг почти разрушены!

Бам! Не давая другу опомнится, я за следующую пару ударов добил кольчугу, единственным свойством которой, помимо прочности, было «броня: 18».

«Кольчуга подземного стража» разрушена!

Свойство «Броня: 18» поглощено.

— Ну и? — хмуро поинтересовался Большой По, впившись взглядом в кирку.

Первозданное кайло Хозяйки Медной горы 3-го уровня

Мифическая кирка.

Уникальный предмет.

Броня: 18.

Урон: 7–10.

— Сработало, еще и кайло взяло уровень, — удовлетворенно кивнул я и потряс мифическим кайлом перед другом. — Зацени, По, какой многофункциональный инструмент! Чувствую, если раскрошить удочку, этой киркой еще и рыбу можно будет ловить!

— А если расфигарить котелок, сможешь еще и Кулинарию прокачивать, — с завистью проговорил он. — Хорошо хоть тебе нельзя будет забрать кайло с собой в большой Дис.

— Чего же в этом хорошего? — спросил я, приступив к разрушению кожаных штанов. — Прикинь, какую убер-пуху я бы мог создать, если бы прошелся по клановому хранилищу? После такого одним ударом мог бы отправить зверобога зализывать раны в карманное измерение!

— Много у вас добра, поди, в кланхране? — прищурился он.

— Много, наверное. Не считал. Но после того, как я оттуда бы вышел с кайлом, не осталось бы ничего. Патрик бы волосы на голове рвал!

— Патрик? Наш Патрик, пьянчуга из Тристада?