— Похоже, что это либо скорость, либо какое-то перемещение, — прошептала Вика, нервно перебирая пальцами по прикладу автомата. — Уж шибко он быстро и непредсказуемо двигается. Появляясь в разных точках.
Конец нашего разговора услышал Егор, подошёл и тихо сказал:
— Это меньшее из зол. Хуже то, что он может, пусть не всей, но частью этой оравы управлять.
— И если червоточина знает, что мы здесь, а она точно знает — слишком много вы уже отправили зомбаков в свои пропасти — он будет всячески стремиться нас достать.
— А его не всегда даже с калаша можно взять, — добавил Валентин, который тоже к нам подошёл.
В это время синий уже показался метрах в ста пятидесяти от нас. Теперь он не телепортировался, а шёл медленно, почти торжественно, словно зная, что мы наблюдаем. Его глаза, казалось, смотрели прямо в наше окно.
Я скинул калаш, хорошенько прицелился и на выдохе плавно нажал спусковой крючок. Автомат привычно лягнул в плечо, раздался достаточно громкий выстрел, который на несколько секунд заглушил урчание тварей внизу.
Пуля попала в цель — синий дёрнулся, из плеча брызнула черная жидкость, но он даже не замедлил шаг. Только наклонил голову, словно в удивлении, что кто-то посмел в него стрелять.
— Ты смотри — попал, — удивлённо сказал Егор, посмотрев на меня. — Только нихрена ему от этого не будет. Зато теперь он точно знает, где мы.
И да, создавалось впечатление, что синий смотрит прямо на нас. Его губы, или то, что когда-то было губами, растянулись в подобии ухмылки, обнажая ряды почерневших зубов. Он поднял руку и медленно указал в нашу сторону.
Ребята поскидывали стволы и направили в окне на него, но с его стороны ничего ровным счётом не происходило. Он какое-то время был неподвижным и просто уставился на нас. Причём даже с такого расстояния было понятно, что он чётко смотрит в наше окно.
Секунды тянулись, превращаясь в минуты. Никто не стрелял — и мы, и синий словно замерли в странном противостоянии. Серые и зелёные зомби вокруг него тоже остановились, их головы были повёрнуты в сторону нашего дома. Вся сцена выглядела сюрреалистично — словно какая-то извращённая пародия на мексиканскую дуэль.
— Почему он бездействует? — спросила Вика, не опуская прицел.
Я внимательно вглядывался в синего, анализируя его поведение. Он словно чего-то ждал.
— Я думаю, что раз он до этого двигался, используя свои способности, возможно, сейчас у него или какое-то кд. Или же закончилась энергия. По типу, как у меня это происходит, — озвучил эти мысли тихо Вике.
Моя рука машинально потянулась к карману, где лежали энерго-ядра. Я вспомнил, как сам чувствовал истощение после использования рун, как система ограничивала частоту их применения истощая запас энергии.
Вика кивнула, соглашаясь:
— Имеет смысл. У всех способностей должны быть ограничения, иначе система была бы несбалансированной.
Егор же хмыкнул:
— Что, мол, ну, тебе, Вика, должно быть виднее, ты же у нас одарённая.
В его голосе проскользнуло что-то среднее между уважением и завистью. Для многих выживших одаренные были предметом зависти — людьми, получившими от системы силы, недоступные обычным.
Та кивнула, не отрывая взгляда от синего. Её лицо было напряжённым, глаза сузились, словно она пыталась разглядеть в твари что-то недоступное остальным.
А в это время вокруг синего стало твориться совсем другая картина.
К нему стали подтягиваться зелёные. Сначала один, потом парочка, в итоге за буквально минут десять вокруг него было уже почти полтора десятка зелёных и штук пять серых тварей. Они собирались, словно на зов невидимого пастуха, стекаясь со всех сторон — из-за брошенных машин, из тёмных проёмов разбитых окон, из переулков между зданиями.
— Ну вот и насобирал. — Опять буркнул Егор, нервно перехватывая автомат. Его пальцы, покрытые застарелыми мозолями, побелели от напряжения. — Чувствую, сейчас начнётся веселье.
Он облизнул пересохшие губы, не отрывая взгляда от растущей толпы мертвецов. Синий зомби, стоявший в центре этой кошмарной свиты, оставался неподвижным — только голова его поворачивалась из стороны в сторону, изучая местность с каким-то пугающим методичным вниманием.
— Фишка-то в том, — продолжил Егор, проверяя магазин и досылая патрон в патронник, — что сейчас они будут все действовать как какой-то единый механизм с одним коллективным разумом, которым будет управлять синий. А они, сука, ни разу не глупые, это тебе не серые и даже не зелёные, у которых в основном преобладают инстинкты.
Его голос опустился до шёпота, словно он боялся, что синий может услышать. Мы продолжали наблюдать из окна квартиры за собиравщейся толпы зомби. Было видно, что Вика была готова применить безду в любую секунду, а Валентин направил своё оружие в сторону тварей.
— Этот может, допустим, серых послать как пушечное мясо, — Егор нервно провёл ладонью по коротко стриженным волосам, — а зелёных где-то отправить с тыла. А сам такими же непонятными движениями перемахнёт на крышу да и спустится к нам, и зайдёт со спины. С них разное может статься, я и не такое слышал.
