— Знал. И специальную группу Судоплатова лично курировал, но даже Паша не знал, что Иосиф Виссарионович нескольких человек из его группы в другую вывел. То есть не знал задачу этой группы. Точнее, все же знал: в случае попытки госпереворота мы должны были всю эту гнилую верхушку зачистить. У нас почти все было для этого подготовлено: и тайники с оружием, и система внутренней связи. Однако приказ он мог отдать… в специальном случае, а Берия приказа такого вовремя не отдал. А когда Берию убили, его и самого лишили возможности хоть что-то приказывать…
— Когда Берию арестовали или когда расстреляли?
— Когда убили. Его никто и арестовывать не собирался, хотели просто вывезти куда-то и там же убить. «Почетную» роль палача Жукову выделили, но еще у Берии на квартире генерал Батицкий, видимо опасаясь, что Берия из своего портфеля браунинг наградной достанет, поспешил… Если бы сразу стало известно об убийстве Берии, то Паша точно бы приказ отдал — но он ждал, пока Берия сам заветные слова скажет: у него же был доступ к протоколам якобы допросов.
— А почему тогда тебя… вместе с Судоплатовым…
— А потому что мы еще раньше подготовились, чтобы «исчезнуть». А я, когда Сталина убили, как раз на задании был, лесных зачищал по лесам, так что… Ну, нашли мой труп местные милиционеры — на этом дело и закончилось.
— А этот, Олег Архипов?
— В пятьдесят первом из лагеря вышел, где три года лес валил за то, что по ротозейству какую-то дорогую машину сжег. Вышел-то с деньгами, хоть и невеликими, напился до белой горячки — и замерз насмерть. Я тогда документики-то его и прибрал, и вот пригодились. И сидел я почти полгода в ожидании приказа…
— А какой приказ мог кто-то из тюрьмы отдать?
— Да очень просто, нужно было всего лишь пару слов нужных сказать… а Паша думал, что Берия жив, ждал приказа и самостоятельно не действовал — ну а потом уже просто поздно было.
И тогда дед мне подробно рассказал, как должен был отдаваться приказ и какие кодовые слова определяли его «жесткость» — ну а я просто «отдала приказ» по самому жесткому варианту. И, выходит, не напрасно это сделала: по словам Ани сейчас всеми партийными делами заправлял товарищ Пономаренко, хозяйственными и международными — товарищ Патоличев, а армией и вообще всей обороной командовал Булганин. А вот куда делись прежние «партийные деятели», было не очень понятно: они вообще пропали из поля зрения общественности. Правда, ходили слухи (непроверенные, естественно), что товарищ Куусинен и товарищ Хрущев прекратили свое земное существование, но скорее всего эти слуха основывались на том, что о них вообще нигде больше не упоминалось. Но ведь и о маршале Жукове, казалось, газеты совсем забыли — а его ведь просто выгнали из армии и отправили на сильно досрочную пенсию.
Однако лично меня радовало, что внутренняя (да и внешняя) политика в стране так изменилась. Мне в принципе было плевать на любые «измы», но, как говорил дядя Симон, «заводы должны работать при любом строе». А чтобы заводы работали хорошо, нужно, чтобы и рабочие жили неплохо — и вот в этом направлении все как-то очень быстро развивалось. Те же стройки…
Тем же стройкам руководство оказывало огромное внимание — и почему-то это самое внимание и меня стороной не обошло. Сильно так не обошло, хотя не по инициативе товарищей из правительства. Просто на следующее лето комсомольцы смогли договориться о посылке двух стройотрядов на одну стройку в очень знакомом мне месте, и в комитете комсомола, узнав, что «там дома буду строиться по проектам Федоровой», просто назначили меня «комиссаром сводного отряда». Совсем сводного: кроме двух отрядов их МВТУ там же должны были работать и отряды из МИСИ и МАРХИ…
Против такого назначения я возражать не стала, ведь среди всех ныне живущих я, пожалуй, лучше всех знала, что и как там строить нужно. Ведь если что-то один раз человек уже проделал, то ему известно не только что там делать надо, но и что категорически делать не следует, а это уж точно не менее важно. А должность именно комиссара давала и определенную «политическую власть», но вот смогу ли я там этой властью воспользоваться… Сомнениями я поделилась с Леной, и она, подумав, предложила мне некоторое решение этой проблемы. По моему мнению — не кардинальное, но все же…
А пока я «училась, училась и училась» и изо всех сил старалась учиться хорошо. И, по моему мнению, довольно неплохо сделала свою курсовую работу. Конечно, эти курсовые были исключительно учебными, пользы от них даже изначально не предполагалось, на них просто проверялось, способен ли студент что-то самостоятельно делать или его гнать надо из института пока не поздно. Но зато задания были простыми, и я всю работу сделала вообще за пару месяцев. Сама, между прочим, сделала, без привлечения студентов из НТО! Ну, не совсем всё я самостоятельно делала, пришлось использовать и уже «готовые решения», но только таких «готовых» было крайне немного, и в основном мне самой пыхтеть.
