Ци Тунвэй удивленно вздохнул, но продолжал настаивать, что эту катастрофу, если смотреть в корень, устроил именно Хоу Лянпин! Если бы не его погоня за Ли Даканом в аэропорт и не задержание его жены, тот не предпринял бы такую защитную контратаку. Гао Юйлян окончательно вышел из себя. Бросив материалы заявления на стол, он заявил:
– На яйцо без трещины муха не сядет. Чэнь Цинцюань – яйцо с трещиной и уже протухшее, не пора ли заканчивать носиться с ним? А ты с утра до вечера обхаживаешь его и всех остальных! Чего ты ждешь – пока в итоге не возникнут новые проблемы? Что это за дела? О чем, в конце концов, ты думаешь? Где партийность? Где принципы? Ты, начальник Департамента общественной безопасности, тоже хочешь слететь?!
На лице Ци Тунвэя проявилось выражение плохо скрываемого негодования:
– Многие хотят, чтобы я слетел!
Гао Юйляну досадовал, что он напрасно тратит время:
– Так ты всё-таки хочешь слететь? Твоя жена позавчера снова прибегала, жаловалась, что ты целыми днями торчишь на вилле «Шаньшуй», болтаешься с Гао Сяоцинь!
Ци Тунвэй занервничал:
– Да она несет невесть что! Да моя старуха просто сбрендила!
Гао Юйлян съязвил:
– Лян Лу теперь старуха? А тогда, много лет назад? Кто на университетской спортивной площадке на коленях умолял ее выйти замуж? Да так долго и упорно умолял, что все преподаватели и студенты знали!
Ци Тунвэй покраснел, не зная, что сказать в ответ. Гао Юйлян продолжал допытываться:
– И если уж речь зашла об этом, то скажи-ка мне честно – ты очень сильно разбогател в корпорации «Шаньшуй»?
Такое передположение он категорически опроверг:
– На чем разбогател? Да я бы и не посмел влезть в это дело!
Но, похоже, Ци Тунвэй всё-таки что-то скрывал. Он допил чай и поставил чашку на стол:
– Ладно, вам, учитель, скажу правду! У меня нет никаких коммерческих отношений с Гао Сяоцинь, но сынка нашего прежнего секретаря Чжао и Гао Сяоцинь связывают общие деловые интересы: в корпорации «Шаньшуй» есть акции младшего Чжао. Вчера вечером он приехал из Пекина и хочет, чтобы я договорился с вами о встрече, а также от имени прежнего секретаря Чжао Личуня передал вам привет.
Гао Юйлян изумился:
– Младший Чжао вновь приехал? Он что, всё никак не успокоится?
В это время вошла У Хуэйфэн, чтобы дать мужу другое полотенце, похолоднее. Гао Юйлян, прикрывая лицо, продолжал ворчать:
– Это просто больной зуб, и больше ничего, никакой простуды. Гораздо больше меня достали вы – шайка негодяев. Лучше бы вы меня поменьше беспокоили!
Ци Тунвэй был искренен: зная о принципиальности учителя, он не хотел докучать ему непрерывными скандалами с Чжао-младшим или просьбами по многочисленным делам семьи Чжао. Некоторые «проекты» он просто блокировал, а некоторые делал вместо учителя. Но когда вчера вечером из-за инцидента с Чэнь Цинцюанем Чжао Жуйлун прилетел из Пекина и захотел, чтобы Ци Тунвэй обратился за помощью к Ли Дакану, тут уже не отвертеться.
У Гао Юйляна глаза вылезли на лоб:
– И каков результат? Потеря лица?
Ци Тунвэй повесил голову:
– Да, это так… Поэтому и нужно перемирие! Стороны не должны больше бряцать оружием. Цзи Чанмин у себя тоже проделает работу, поборется за то, чтобы по возможности смягчить последствия для бывшей жены Ли Дакана Оуян Цзин.
Гао Юйлян охнул:
– Цзи Чанмина и прокурорских я, по-твоему, возьму на себя? Ты в самом деле думаешь, что я – секретарь политико-юридического комитета – могу одной рукой закрыть небо? Ты ничего не понимаешь.
Ци Тунвэй, прощупывая почву, спросил:
– Ну, а Хоу Лянпин, ваш ученик, не может взять это на себя?
Гао Юйлян, не обращая внимания на эту реплику, сказал:
– Если бы ты был им, ты был бы собой?
Вместе с уходом Ци Тунвэя утихла и пронзающая боль. Гао Юйлян отбросил полотенце и, вытянувшись во весь рост на диване, замер. В это время вернулась проводившая Ци Тунвэя У Хуэйфэн. Гао Юйлян спросил:
– Учитель У, ты всё слышала?
У Хуэйфэн кивнула:
– Слышала. И всё-таки – с какой это стати Чжао Жуйлун дает поручения начальнику Департамента общественной безопасности? Удивительно! Видно, они там в корпорации «Шаньшуй» получили хороший откат! Тебе следует быть осторожнее!
Гао Юйлян сказал, подтрунивая:
– Да уж, у Чжао Жуйлуна папочка хоть куда, на такого можно положиться!
У Хуэйфэн вздохнула:
– Боюсь, он не догадывается, что в один прекрасный день погубит своего отца.
Гао Юйлян ответил:
– Возможно, уже погубил. Говорят, должна приехать инспекционная группа ЦК.
У Хуэйфэн спросила:
– Разве инспекция – это не обычная работа ЦК?
– Обычная работа? Ха! – Гао Юйлян покачал головой и, ничего больше не говоря, вышел в сад.
Пройдя несколько шагов, он остановился перед густыми хэцзэскими пионами.