Однако Тянь Гофу оказался очень даже в курсе и ответил ему нараспев:
– Что за Чжао-младший? Да всего лишь Чжао Жуйлун, сын Чжао Личуня!
Тут И Сюэси тоже высказался начистоту:
– Секретарь Ша, Чжао Личунь – наш бывший секретарь парткома провинции, кто же тронет его сына? Вы посмотрите, с каким размахом отстроен этот так называемый гастрономический городок семьи Чжао! Только в нем одном количество заведений, загрязняющих озеро, – несколько десятков! И это одних только ресторанов. Мелкие частные ресторанчики мы снесли в два счета. А как справиться с таким вот крупным объектом, принадлежащим влиятельному человеку? Как такое может не вызвать критических настроений в народе? Даже если люди будут ругать меня, в душе я не осмелюсь их осуждать за это, ведь ни я, ни правительство не сделали того, что следовало!
Лицо Ша Жуйдина омрачилось:
– Да, товарищ И Сюэси, нелегко тебе.
А Тянь Гофу добавил:
– Дальше это будет еще труднее сделать: почтенный И на телевидении уже озвучил позицию, что по закону снести гастрономический городок необходимо в этом году, и если его не снесут, то он, секретарь райкома, подаст в отставку и тогда этого уже точно никто не сделает!
Ша Жуйцзинь окинул Тянь Гофу взглядом:
– И откуда только ты всё знаешь?
– Так если бы я не был в курсе, неужто я отважился бы привезти сюда с инспекцией вас, секретаря парткома провинции? – в свою очередь спросил Тянь Гофу.
Лишь теперь И Сюэси понял, какую роль играл секретарь дисциплинарной комиссии в организации этой поездки.
Воспользовавшись создавшейся возможностью, И Сюэси доложил секретарю парткома провинции:
– Проблем со сносом гастрономического городка возникает немало. Если бы не препятствия со стороны влиятельных лиц, давно бы привели озеро Юэяху в порядок. Этот влиятельный отпрыск семейства Чжао обратил в прах всё – и авторитет партии и правительства, и чаяния народа! Чтобы потягаться с таким оппонентом, я специально поехал в Цзинчжоу с докладом секретарю Тянь Гофу и дисциплинарной комиссии, чтобы открыто назвать тех, кто препятствует делу своими ходатайствами.
В это время они приблизились к крупному массиву построек на берегу. Ша Жуйцзинь обратил на него внимание:
– А это что еще за дела? Это кто так крут, что смог на набережной озера Юэяху выстроить такой гигантский объект?
И Сюэси с горькой усмешкой ответил:
– Кто же еще, если не всё та же семья почтенного Чжао! Это знаменитый в Люйчжоу приозерный парк, восемьсот тысяч квадратных метров – здесь можно заработать миллиард-другой. Всё население Люйчжоу, включая кадровых работников, знает и в открытую говорит, что Люйчжоу и озеро Юэяху – дойная корова семьи Чжао и, конечно же, Чжао Жуйлуна.
Тянь Гофу не преставал вздыхать:
– Ну и крут же отпрыск семьи Чжао! Парк на берегу озера – это только стартовый капитал, а гастрономический городок – это уже печатный станок.
Ша Жуйцзинь поинтересовался:
– А к какому периоду относятся все эти проекты? Когда Чжао Личунь работал секретарем парткома?
Тянь Гофу напомнил:
– Нет, в то время Чжао Личунь уже восемь лет как был губернатором, только-только стал секретарем парткома провинции!
И Сюэси произнес:
– Да, в то время секретарем горкома Люйчжоу назначили Гао Юйляна, а мэром – Ли Дакана!
Шай Жуйцзинь внимательно посмотрел на И Сюэси:
– Так значит, строительство приозерного парка и гастрономического городка для отпрыска семьи Чжао санкционировал Ли Дакан?
– Вовсе нет, всё это санкционировал Гао Юйлян, и сделал это лишь после перевода отсюда Ли Дакана.
– Разве Ли Дакан не первый секретарь Чжао Личуня? Как это он не санкционировал строительство? – удивился Ша Жуйцзинь.
– Мнения об этом деле расходятся, какова его истинная подоплека, остается неясным, – ответил И Сюэси.
Ша Жуйцзинь, глядя на воду, вновь обратился к Тян Гофу:
– Гофу, ты не находишь, что это очень интересная история? Ли Дакан – и мэр, и секретарь Чжао Личуня, но не одобрил ни устройство прибрежного парка, ни строительство гастрономического городка для отпрыска семьи Чжао. А вот товарищ Гао Юйлян, напротив, всё это санкционировал – разве это не наводит на размышления?
Тянь Гофу многозначительно согласился:
– Еще как наводит, товарищ Ша Жуйцзинь! Судя по тому, что я выяснил за это время, именно с тех пор и пошел обычай вводить секретаря горкома Люйчжоу в Постоянный комитет! Именно из Люйчжоу товарищ Гао Юйлян вступил в члены Постоянного комитета, затем стал секретарем политико-юридического комитета провинции и заместителем секретаря парткома провинции.
Ша Жуйцзинь долго молчал, затем переменил тему разговора. Зная, что И Сюэси когда-то работал в одной команде с Ли Даканом, он спросил:
– Товарищ И Сюэси, ты ведь в молодые годы был руководителем Ли Дакана? Расскажи-ка, как ты оцениваешь своего коллегу?
И Сюэси задумался:
– Ну, как вам сказать? В Ли Дакане есть дух первооткрывателя, есть профессионализм, но он довольно деспотичен. Когда мы с ним работали в одной команде, я был секретарем парткома уезда, а он – всемогущим начальником уезда, и я во многом к нему прислушивался.
Ша Жуйцзинь повернул с другой стороны: