Хоу Лянпин, успокоившись, попытался проанализировать ситуацию. Он сказал начальнику управления, что в тот момент, когда произошло это странное ДТП, он лично разговаривал с Чэнь Хаем по телефону. И Чэнь Хай сказал ему, что, сделав доклад в Пекине по этому делу, он боится спугнуть змею и намерен немедленно возвратиться в Цзинчжоу. Сейчас, очевидно, змея уже в курсе грозящей ей опасности. Начальник управления Цинь, поразмыслив, сказал:
– Отец Чэнь Хая Чэнь Яньши принял активное участие в расследовании Цзи Чанмина и тоже не обнаружил ничего криминального.
Однако Хоу Лянпин продолжал настаивать на том, что ситуация в провинции очень серьезна, и что начальник Департамента по противодействию коррупции Чэнь Хай, вероятно, подступил вплотную к пониманию истинного положения вещей! Незадолго до этих событий руководитель «Дафэн», Цай Чэнгун, также сделал заявление Чэнь Хаю, а теперь Цай Чэнгун тоже странным образом исчез! Всё говорит о значительном масштабе проблем в Цзинчжоу и даже в провинции в целом!
Начальник управления Цинь погрузился в раздумья, начав медленно расхаживать по комнате:
– Так ты настаиваешь на том, что в случае с Чэнь Хаем было именно покушение на убийство?
Хоу Лянпин дал на это твердый ответ:
– Да, это покушение, это не ДТП! Чэнь Хай сказал мне, что собирается немедленно встретиться с заявителем, чтобы получить твердые доказательства по делу. И поскольку дело действительно очень важное, он хотел сам лететь в Пекин и лично доложить вам о результатах! Начальник управления Цинь, дело Чжао Дэханя почти завершено, я хочу поехать в провинцию N и тщательно расследовать бегство Дин Ичжэня, большой пожар 16 сентября и покушение на Чэнь Хая – всю серию дел!
Начальник управления, сев на стул, долго размышлял, затем поднял голову:
– Эй, Лянпин, а что если послать тебя в провинцию N, назначив на должность в прокуратуре? Будешь временно замещать Чэнь Хая на должности начальника Департамента по противодействию коррупции!
Хоу Лянпин опешил:
– Начальник управления Цинь, это… Я об этом не думал!
– Ну так подумай! Просто отправить тебя расследовать покушение на Чэнь Хая очень сложно, как работать-то? Каковы основания для этого? Уж и так расследовали-расследовали, а теперь собрались расследовать истинное положение? После того как вице-мэр, замешанный в цзинчжоуском деле, внезапно ускользнул прямо у нас на глазах, я тем более не верю в возможность открытого расследования!
У Хоу Лянпина засверкали глаза:
– Я понял, нужно, так сказать, тихонько подкрасться и, ухватившись за плетень, добраться до самой тыквы?
– Именно! Травмы Чэнь Хая очень тяжелые, сейчас он без сознания. Врачи после консилиума сказали, что даже если Чэнь Хай выживет, он, скорее всего, будет прикован к постели. Делом Дин Ичжэня должен заниматься сотрудник, обладающий всей полнотой информации; ты поедешь туда, заменишь начальника департамента, и тогда действительно можно будет сосредоточиться и дать противнику настоящий бой!
Хоу Лянпин поднялся:
– Слушаюсь, начальник управления Цинь! Готов в любое время выехать в провинцию N!
В тот вечер Хоу Лянпину приснилось, что к нему, весь в крови, пришел Чэнь Хай. Он разводил руками, подняв к нему свое детское лицо, и в его глазах, наполненных страданием, застыл немой вопрос: «Хоуцзы, как мне быть?» Хоу Лянпин вскрикнул в ответ: «Хайцзы, не бойся, я тебя прикрою!» – и проснулся. Он перевернулся и сел на постели; в окно с улицы понемногу проникал рассвет. Его лицо было мокрым от слез…
Гао Юйлян жил в третьем микрорайоне компаунда провинциального парткома. Здесь находились квартиры уровня субпровинциального руководства и выше. Район строго охранялся, на въезде – шлагбаум и охрана. Здесь под густой сенью зелени уютно располагались небольшие, экзотического вида жилые постройки. Домик, в котором жил Гао Юйлян, был в английском стиле. Два этажа с полуподвалом, красная черепичная крыша с крутыми скатами – идеальная для снежных районов. В гостиной – камин с широким квадратным дымоходом. Высокие прямоугольные окна с полуарками да еще полукруглое окно, оформленное оригинальным орнаментом. У дверей – столетнее камфорное дерево с огромной густой кроной, наполовину закрывавшей проход. Одни говорили, что этот дом когда-то построил миссионер, другие говорили, что это дело рук еврейского коммерсанта. Так или иначе, у дома – своя история. Сменялись династии и эпохи, а здесь по-прежнему находилось казенное жилье крупных чиновников.
После заселения Гао Юйляна примерно на одном му[29] земли перед домом разбили цветник, ставший новой яркой и примечательной чертой этого дома. Никто не мог и подумать, что у вышедшего из профессоров руководителя есть столь незаурядное увлечение – садоводство. В свободное от работы время он постоянно сидел на корточках в саду, возясь с цветами и травами, да еще приглашал в гости специалистов по садовым растениям – для консультаций на месте. Это особенно восхищало его учеников, которые никак не могли взять в толк, как может учитель искренне любить такое занятие.