— Ну, ладно, ладно. — Неожиданно успокоившись проворчал кузнец и снова утвердив сапог на грудь северянки наклонившись вперед упер руки в колено. — Ты погорячилась, я погорячился. — Ты главное не умирай пока… Мне тебе еще так много рассказать надо. — В голосе кузнеца проскользнули безумные нотки. — Мы с тобой будем еще долго разговаривать. Дни. Недели. Годы… Мы начнем все сначала. Вернем ее. Вместе. Для начала я отниму у тебя руки. Потом ноги. По кусочку, медленно. Я буду кормить тобой Инишу… Потихоньку. Раньше я не давал ей испробовать плоти, но мне кажется, это ей понравится. И ускорит процесс. А потом мы будем играть в вопросы, и ты каждый день будешь молить меня тебя убить. И знаешь?.. — Задумчиво дернув себя за бороду великан усмехнулся. — В тот день, когда я закончу свою работу, когда Иниша вернется, я отдам то что от тебя останется ей. И ты будешь мне благодарна. До смерти благодарна, ха. Вот прям до донышка сердца. — Еще больше подавшись вперед кузнец раздув ноздри громко втянул носом воздух и брезгливо поморщился. — Да ты походу не только облевалась. Хохотнул он и покачал головой. — Ну да ладно, кто из нас бывало не обделывался. Зато ты похоже все поня… — Не договорив здоровяк с некоторым удивлением уставился на вцепившиеся в голенище сапога пальцы. Руки великанши дрожали от напряжения, обломанные ногти вцепились в толстую кожу сапог оставляя на ней еле заметные царапины.
— Ха! — Из горла кузнеца вырвался короткий смешок. — Ха-ха-ха… А ты упорная. Да. Мы с тобой славно проведем время! Очень славно! — В голос рассмеялся Стефан и подняв взгляд на лицо северянки словно на стену натолкнулся на два сверкнувших из под забрызганных рвотой и кровью век провала в ледяную бездну. Сминаемая кожа жалобно заскрипела, раздался звук будто кто-то сломал завернутую в мокрые тряпки сухую лесину и вскрикнувший не сколько от боли сколько от неожиданности и испуга здоровяк покачнувшись начал заваливаться на бок. — Что за… Змеей вывернувшаяся из под ноги гиганта, Сив, легко вскочив на ноги, растопырив пальцы словно кошка когти рванула ногтями живот потерявшего равновесие кузнеца. На стены мастерской фонтаном брызнула кровь. — Что за.. — Упав на колени, неловко подволакивающий сломанную ногу, Стефан слепо отмахнулся молотом. Он почти попал. Почти. Со свистом разорвавшее воздух полупудовое било скользнуло в волосе от виска изогнувшейся как будто у нее не было позвоночника Сив и с чавканьем врубилось в раскисший земляной пол. В воздухе снова мелькнула растопыренная пятерня и кузнец взвизгнув от нестерпимой боли схватился за наполовину оторванную кисть. Следующий удар пришелся в плечо. На потолок и стены снова брызнуло жирным багрянцем и вторая, лишившаяся огромного куска мышц, рука здоровяка повисла плетью. — Что это за сейд… — Выдохнул Стефан и с ужасом уставился на как ни в чем не бывало приплясывающую в двух шагах перед его носом дикарку. — Что… за колдовство? — Повторил он и опустив удивленный взгляд на зияющую у него в боку дыру перевел взгляд на зажатый в пальцах великанши слегка пульсирующий черный от крови кусок плоти.
— Не колдовство… — Хрипло пролаяла великанша и поднеся вырванную печень к лицу раздув ноздри принюхалась к своей добычи словно учуявший кровь оголодавший за долгую зиму волк. — Нет… Не колдовство… Ты просто меня разбудил, еда… Голос женщины превратился в змеиное шипение… — Ахххх!! — Задрав голову к потолку зашипела она и фыркнув словно вылезший из воды пес тряхнула головой. — Дрянь… Слабая плоть. Но тоже сойдет. — Рот дикарки раскрылся обнажая два ряда острых зубов.
— Нет… Проскрипел Стефан и завалившись на бок с ужасом уставился на великаншу. Только не так… Пожалуйста…
— Не та-к-к? — По вороньи дернув головой северянка уставилась на колдуна непроницаемым взглядом превратившихся в два иссиня — черных, смоляных озера глаз… — Врешь. Заключила она и немного поколебавшись острожно лизнув окровавленный кусок печени брезгливо сморщилась и разочаровано отбросила его в сторону. — Г-нилая! П-ада-ль! Г-ниль! Зашипела она рассерженной кошкой и закрутилась на месте. — Г-ниль. Маг-ия. Не та-к. Мер-твец. Не та-к-к. Ты меня обманул, еда! Ладонь дикарки сомкнулась на рукояти молота. — Гниль. Гниль, гниль, гниль!! Резко выдохнула она и небрежно дернула плечом.
— Сто… Договорить кузнец не успел. Тяжелое било с хрустом врезалась ему в лицо превращая голову Стефана в кровавую кашу.
— Не та-ак-к. — Проклекотала Сив и резко шагнув вперед сорвала остатки перегораживающей мастерскую занавеси. — не так. В черных будто безлунная ночь глазах северянки сверкнуло пламя. — Не т-т-ак-к… А ты — в-к-усны-й?
Безвольно висящий на вбитом в бревна стены стальном крюке, крепко связанный по рукам и ногам сыромятными ремнями иссушенный мужчина в разодранной рясе сосредоточил на Сив взгляд мутных от боли глаз и отчаянно затряс головой. Из угла заткнутого кляпом рта потянулась тонкая нитка слюны.