Поглаживая сопящую в беспокойном сне жену, он размеренно вдыхал аромат её волос и пришел к неутешительному выводу, что, несмотря на печальный исход сегодняшнего визита на Гелиос, не поменял бы ни единого решения. Смог бы он отказать ей еще на Даркрасте и не прилететь сюда? Нет. Альда бы не простила его, когда смерть Сэрны стала бы общеизвестным фактом. От судьбы не уйти, и все произошедшее было предрешено. Теперь надо решить, что делать с Гелиосом.
Так и не уснув, император покинул каюту и отправился на мостик «Исполина», застав там капитана. Планета опустила все свои щиты и «Арес» с «Берсерком» показались из глубин космоса, озадачив охрану королевства. Сверр произнес короткую речь и успокоил новых подданных.
– Какие будут приказы? – коротко спросил капитан Хоррес.
– Для начала доставьте на корабль тело короля Кигберна и найдите останки его детей, – хмуро сведя брови, произнес император.
– Будет сделано, – кивнул раваканец.
– Вы отслеживаете сигнатуры на крейсерах? – тихо спросил Сверр, почти покинув капитанский мостик.
– Да, ваше императорское величество, – отозвался адмирал их небольшого флота. – Вы думаете, на корабль могут проникнуть диверсанты?
– Будем надеяться, что нет и это просто предосторожность, – пожал плечами даркрастианин, удаляясь в зал для переговоров.
На это совещание были приглашены только члены его личной стражи, сопровождающей их с Альдой в поездках. Усаживаясь за стол, Сверр оглядел всех по очереди и серьезно спросил:
– Что удалось разузнать?
– Король Кигберн был крут нравом, – снисходительно хмыкнув, начал Харлог. – Слуги и прочие обитатели дворца зашуганы и неохотно шли на контакт. После того как королева объявила вас наследником, многие еще не до конца поверили в смерть её мужа.
– Но судя по их реакции – все явно ждали этого события, – вставил еще один из доверенных людей. – Народ тут бунтует по поводу налогов, жестких мер по труду и питанию.
– Чем живет Гелиос? – уточнил Сверр.
– В шахтах добывают железную руду, но она не особо высокого качества, – пожал плечами Харлог. – Также, из-за присутствия гравитационных камней, местные выращивают харагрутос, но практически весь он идет на экспорт. Банковское железо оседает в королевской сокровищнице, а людей кормят по талонам.
– Они выращивают еду, а сами голодают? – удивился император.
– Тут такое дело, – с сомнением отозвался Харлог. – Как мы поняли, король ввел новый закон, по которому практически всё каралось смертью. Мужчины стали бастовать из-за обилия роботов, которые замещали людей, и работы становилось меньше.
– Меньше работы – меньше зарплаты, – вставил другой страж.
– А это значит – и продовольственных карт тоже меньше, – закончил Харлог.
– И давно все так… напряженно? – настороженно уточнил Сверр.
– Что-то около двадцати циклов, – мрачно ответил первый страж. – За это время мужское население уменьшилось в разы, ибо казни тут дело обыденное.
– Проклятье, – выругался император. – И что мне делать с этими людьми? Они примут в штыки любого на месте короля. Кигберн трепал их, как хотел, а мне теперь разгребать?
– К тому же мы выяснили, что гарнизон здесь в основном инопланетные легионеры, которые частично дезертировали, частично перешли на сторону населения, – поджав губы, вставил еще один стражник, молчавший до этого момента. – Вчера казнили их начальника и они, мягко говоря, не в восторге от ситуации. Практически все хотят покинуть Гелиос и ждут, что им заплатят за работу.
– Армии нет, защитных орудий нет, мужчин казнят направо и налево, народ голодает, полезных ископаемых нет, – пораженно резюмировал Сверр. – Что еще?
– Болезни, – подсказал Харлог. – На планете лишь одна капсула и вчера вы ею воспользовались. Среди населения процветают всякие болезни.
«И ради всего этого я рискнул положением Даркраста?!» – в бессильной злобе подумал правитель, отпуская своих людей и велев им найти счетоводов Кигберна.
– Ваше императорское величество, – произнес механический голос капитана крейсера из динамика. – Тело короля доставлено на борт. Ждем вас в лаборатории. На это стоит взглянуть пристальнее.
Последние слова Хоррес произнес со странной интонацией, что заставило императора поспешить в обозначенный блок корабля. Войдя в помещение, Сверр встретил там раваканца и техников, а также поверженного правителя Гелиоса с отдельно лежащей головой. Кигберн был обнажен, и это создавало вопросы, одновременно отвечая на другие. Количество ран на теле короля поражало, особенно тот факт, что многие из них были смертельными для любого другого гуманоида, но сквозь эти повреждения проступало нечто схожее с роговым панцирем. Будто под человеческой плотью король имел хитиновый корпус, защищавший его от ударов.
– Что это? – недоуменно спросил Хоррес у техника, застывшего рядом и так же с интересом разглядывавшего павшего правителя.
– Я… я не уверен, – с сомнением произнес работник лаборатории.
«Очень похоже на чей-то эксперимент» – успел подумать император, как коммуникатор капитана крейсера вдруг пискнул сообщением.
