В детстве, когда впервые увидел высокого, худого демона, у которого из глазниц росли белые ребристые рога, а при общении рот не шевелился, то едва сумел совладать с собой, чтобы не схватить отца за руку и не спрятаться за его спиной.
С тех пор Оцер не стал симпатичнее или вежливее, просто я повзрослел, да и привык к тому, что этот демон не проявлял никаких эмоций кто бы перед ним не стоял.
– Мне нужен посох, – обозначил цель визита и сконцентрировался, чтобы огонь не вырвался из меня раньше положенного времени.
– Какого вестника будешь призывать? – пронеслось эхом в ответ.
– Во́рона, – произнес и тут же передо мной возник соответствующий просьбе посох.
Всего в хранилище хранится два артефакта в виде короткого посоха с магическим камнем в основании. В каждом артефакте содержится сила, способная материализоваться в сущность и перемещаться в пространстве, запоминать и передавать информацию в виде картинок посланных прямо в сознание своего хозяина.
Я выбрал во́рона, а не змею, потому что его вызвать легче, а видения потом проще переварить. Когда информация мощным потоком вливается в сознание нужно применить немало усилий, чтобы мозг попросту не взорвался. Я многое умею и уже достиг для своего возраста огромных высот, но до Владыки Акхмалла мне всё же ещё далеко. Отец, к слову, мог одновременно призывать обоих вестников. Правда, Акхмалл тоже не часто прибегал к помощи подобной магии.
– Акхр вехрш арудэйш! – пророкотал хранитель, и камень, прикреплённый к посоху, засиял алым. – Печать снята. Бери за чем пришёл и уходи.
Оцер растворился в пространстве, а я закрыл глаза, коснулся камня пальцами обеих рук и мысленно призвал магию пробудиться. Чтобы мне хватило сил на призыв, пришлось немного отпустить себя и позволить демонической сущности стать главной. За спиной тут же выросли огромные огненные крылья, рога увеличились и раскалились докрасна, а в помещении стало непривычно жарко. В своем истинном обличие я уже не призывал магию, я приказывал ей явиться на зов хозяина, и шарообразный сгусток черной энергии поспешил выпорхнуть из кристалла. Посох тут же исчез, потому что в нем больше не было надобности. Призванный вестник не вернется обратно. Выполнив получение, он погибнет, попросту раствориться в пространстве без следа.
Поднял руки ладонями кверху, чтобы сгусток опустился на них, и влил в него достаточное количество магических сил для приобретения формы и возможностей. Через мгновение огненная птица взмахнула крыльями, взметнулась к потолку и растворилась в воздухе, оставив после себя лишь очертание из мелких искр.
Не успел опомниться и перевести дух, как перед глазами быстро начали мелькать картинки. Попытался сконцентрироваться, но виски прострелила такая боль, что я с глухим стоном повалился на колени. Мне потребовалась минута, чтобы взять ситуацию под контроль и замедлить поток передаваемой вестником информации. А спустя ещё десять секунд я прервал связь, потому что уже достаточно увидел, чтобы понять – Харания была права, а отец ошибся и отправил своего среднего сына на смерть.
Аграта не решилась вести меня по общим коридорам дворца, а открыла в стене потайную дверь и втолкнула меня в узкий темный проход с не менее тёмным коридором, идти в который я категорически не хотела. Показалось, что я даже услышала, как шелестят лапищами по стенам сотни огромных лохматых пауков и, вспоминая недавнюю встречу со скорпионами, эти жуткие членистоногие могли быть внушительных размеров.
Суккуба мне не посочувствовала и мою фобию в серьёз не восприняла. А ещё сообщила, что во дворце я должна испытывать страх только по отношению к Владыке Акхмаллу. А ещё я должна уважать его. Безгранично любить. Страстно желать. Самозабвенно ублажать. И ещё много чего я должна этому Повелителю преисподнеи за то, что он будет касаться меня, делить со мной свое ложе и содержать, позволяя жить в одной из спален, предназначенных для наложниц. Вот и вроде бы всё как в сказке про восточную золушку, которая оказалась в плену у любвеобильного шейха, только я реалистка, которая не верила, что у подобных историй на самом деле мог быть счастливый конец.
– Не переживай из-за того, что невинна. В первый раз Владыка не станет буйствовать, если не выведешь его из себя конечно. А потом я научу как расслабляться и облегчать болезненные ощущения, – стрекотала без остановки Аграта, пока мы пробирались сквозь перетянутую паутиной темноту, а я, слушая ее, даже про арахнофобию забыла.
