Радость в сердце начала медленно гаснуть, и тут я услышала голос Каррая:
– Кажется, это она.
Проследив за его рукой, указывающей на ближайший лоток, с которого пышнотелая матрона торговала булочками и пирожками, я счастливо взвизгнула и, подхватив юбки, бросилась к сестре.
– Эйли! – Развернув к себе, крепко ее обняла.
Сестра не сразу ответила на мои объятия, а когда осознала, кто вознамерился ее задушить, счастливо пискнула и выдохнула:
– О, Риан! Тебе удалось вырваться!
– Не совсем. – Я отстранилась, чтобы полюбоваться своей красавицей-сестрой, которая за минувшие недели, казалось, еще больше похорошела. Если бы не эта грусть в больших карих глазах…
Не успела я об этом подумать, как прочитала в них страх, и обернулась к Карраю.
Повисло неловкое молчание, которое его светлость не спешил нарушать. Я тоже, если честно, не представляла, что в таких ситуациях следует говорить, а Эйли не знала, куда деть взгляд.
Эту давящую тишину, сгустившуюся вокруг нас, как ни странно, нарушила торговка сдобой:
– Попробуйте – не пожалеете! Все с пылу с жару, так и тает во рту.
Женщина провела рукой над прилавком, приветливо улыбнулась нашей мрачной компании, и Каррай наконец-то отмер.
– Что-нибудь будете? – обратился ко мне и Эйлуэн.
Сестра посмотрела на меня растерянно.
– Ты ведь что-то себе выбирала, – мягко сказала я.
– Пирожок с лесными ягодами, – негромко отозвалась она.
– А тебе, Риан, что-нибудь взять? – спросил Аман, скользя взглядом по прилавку.
– Тоже пирожок. – Я подхватила Эйли под руку, отвела ее в сторонку, предоставив Карраю общаться с торговкой, и прошептала: – Не бойся его.
– Из-за него я чуть не умерла! – прошипела в ответ сестра.
– Он не желал тебе зла. Его целью была я.
– Думаешь, мне от этого легче?
Ответить я не успела: вместе с Карраем и пирожками вернулась и неловкость. Эйли снова замолчала, опустив голову.
– Я хотел попросить у вас прощения, эсселин Анвэри, – протягивая ей пирожок, проговорил Огненный. – Знаю, мои слова не изменят содеянного, и вы имеете полное право меня ненавидеть, но мне жаль, что все так вышло. И с вами, и с Риан.
Несколько секунд сестра молчала, а потом в упор посмотрела на Каррая:
– Вы забрали у меня сестру, а теперь еще и устроили новый отбор!
– На свою беду, – усмехнулся Огненный, позабыв о том, что держит в руках ароматнейшую сдобу.
Эйлуэн тоже забыла про пирожок, а вот я сосредоточилась на своем, пока не остыл. Хочет сестра воевать с ветряными мельницами – пожалуйста, а я буду ублажать свой желудок. Потому что лично мне воевать сегодня совсем не хотелось. Только не здесь, не в городе детства.
– Ну так если выбираете себе новую супругу, отпустите Риан, – не сдавалась моя защитница.
– Боюсь, пока это невозможно. Когда вернется ваш отец, мы с ним обсудим… сложившуюся ситуацию. – Было видно, с какой осторожностью Каррай подбирает слова, стараясь быть предельно вежливым и минимально откровенным, то есть делиться с четырнадцатилетней девушкой своими проблемами он явно был не намерен.
– Ешь пирожок, – легонько пихнула я младшенькую в бок. – А то остынет. А потом пойдем танцевать.
Эйли поджала губы, всем своим видом показывая, как она недовольна таким исходом разговора, но не стала развивать щекотливую тему – сосредоточилась на сладкой сдобе.
Выпив по стаканчику тьена, мы с Эйли взялись за руки и побежали к фонтану танцевать. Каррай остался стоять у прилавков, но я знала, что он пристально за мной наблюдает.
Музыкальное сопровождение оказалось нехитрым: усевшись прямо на бортик чаши фонтана, молодой парень беспощадно терзал струны лайноры. Всеобщее веселье быстро передалось мне и Эйлуэн, и на какое-то время мы почти поверили, что все как раньше. Наша жизнь лишена забот и тревог, а впереди ждет светлое, непременно счастливое будущее.
Все у нас будет хорошо.
Один оживленный танец сменялся другим. Вот кто-то из парней схватил Эйли за руку, отчего та весело рассмеялась, и потянул ее по живому туннелю, созданному из сплетенных в воздухе рук других танцующих парочек.
Я тоже без партнера не осталась. Почувствовала, как вокруг запястья сомкнулись чьи-то пальцы и меня увлекло в эту импровизированную арку. Я даже толком не успела рассмотреть «поймавшего» меня парня, одетого, как и большинство танцующих, в темные штаны и светлую рубаху навыпуск.
Это был обычный, ничем не примечательный горожанин, который вдруг ни с того ни с сего проговорил:
– Привет вам от вашего дяди.
Появилось ощущение, словно меня окатили ледяной водой, или лавина, сошедшая с горной вершины, накрыла меня с головой. От одной только мысли об Адельмаре Талврине я вся внутренне задрожала. Попыталась вырвать руку, но незнакомец держал крепко.
– Я закричу!
– Кричите на здоровье. Но тогда не узнаете, как спастись от Карраев. Ваш дядя желает вам помочь.
Стоило закричать. Стоило! Позвать на помощь, велеть, чтобы схватили этого заговорщика и допросили. Пусть бы даже пытали! Возможно, удалось бы выяснить, где прячется самый опасный преступник Адальфивы.
