— Ты собираешься съесть всё сам? Разве ты не наелся?
Роуди посмотрел на меня боковым зрением, после чего наколол на вилку ещё один кусочек и поднес его ко мне.
— Вот, держи.
Я с радостью приняла его неохотное подношение, но, когда умоляла дать мне ещё, он
— Могу ли я сделать для вас что-нибудь ещё? — спросила она Роуди, подмигнув.
— Нет, — ответила я, прежде чем он успел это сделать. Я увидела, как её раздраженный взгляд переместился на меня. — Я могу позаботиться о его нуждах сама. Спасибо. Пока, — я помахала рукой и уловила ухмылку на губах Роуди, когда он притворился, что изучает счет.
— Ладно, но я тебя не спрашивала, — огрызнулась Фелиция.
Значит, шалава хотела заехать туда. Ладно.
— Да, ты можешь кое-что сделать для меня, — перебил Роуди, прежде чем я успела проклясть её. Обычно я отказывалась спорить с незнакомым человеком, особенно с тем, от которого получала такие взбучки, как Роуди, но иногда нужно было просто поставить на место сучку. — Во-первых, ты можешь оставить себе это дерьмо, — его невежественная задница скомкала бумагу и швырнула ей в лоб, где она отскочила и приземлилась у её ног. — Даже если бы я хотел проявить неуважение к своей девушке
Когда его слова дошли до меня, я поняла, что она, должно быть, написала свой номер на чеке.
Фелиция напоминала шокированного мужчину на знаменитой картине «Крик»: она продолжала стоять, разинув рот и ошарашенная тем, что Роуди не повалил её на пол.
— О. Ладно, эм, конечно, — она поспешила прочь, как будто в её испорченном пузыре не хватало воздуха, и мы оба рассмеялись, глядя ей вслед.
— Ты готова, Мечта? — спросил меня Роуди, допив свой «Хеннесси».
Я подмигнула ему.
— Мы пока не можем уйти. Счет ещё не оплачен.
— Нет, это за счет заведения, — сказал он, взял меня за руку и выдернул со стула, прежде чем я успела запротестовать. Я едва успела схватить свой чизкейк, прежде чем мы понеслись к двери. Я заметила нашу официантку, стоящую у барной стойки вместе с менеджером, они оба смотрели на то, как мы покидаем ресторан с одинаково ошарашенными выражениями лиц.
— Пока, Фелиция! — успел крикнуть Роуди, прежде чем вытащить меня через дверь.
Выйдя на холодный ночной воздух, мы не останавливались, пока не добрались до машины и не нырнули внутрь. Несколько мгновений единственным звуком была наша борьба за дыхание, но потом, когда наши взгляды встретились, тишина прервалась, и мы оба начали хохотать.
Я пришла в себя первой, и, как только смех утих, чувство вины начало одолевать меня.
— Не могу поверить, что мы только что сделали это! — завизжала я. Я никогда раньше не ужинала и не пускалась наутек.
С другой стороны, Роуди не испытывал ни малейшего стыда, он ещё сильнее смеялся над выражением моего лица.
— Йо, ты похожа на Маколея Калкина из фильма «Один дома», — хмыкнул он. Я прижала ладони к щекам, пока ужас от того, что мы сделали, не стал доходить до меня. — Твоя задница отправится в тюрьму! — поддразнил он, указывая на меня пальцем.
Поверив ему, я задохнулась.
— Правда?
Постепенно его смех ослабел, когда он уставился на меня со своей стороны машины и не спешил с ответом.
— Нет, не совсем.
— О, — я сдержала вздох и откинулась на сиденье. — Ладно, хорошо.
— Ты такая чертовски правильная со своей пугливой задницей.
— Ну и что.
— Ничего страшного, — сказал он, наклоняясь и скользя по мне языком. Я любила и ненавидела то, каким отвратительным он был. Он не отстранился, пока мои трусики не промокли насквозь, и даже после этого я могла видеть только зелень его глаз и ничего больше. — Я достаточно плох для нас обоих.
Я даже не успела ответить, как он полностью отстранился.
— Дурное влияние, ты имеешь в виду.
Он пожал плечами, нажимая на кнопку запуска своей машины. Сиденье подо мной завибрировало, когда машина с урчанием завелась.
— Я буду таким, если это означает, что у тебя есть то, что нужно.
Моё сердце затрепетало в груди, но чувство вины не позволило мне отпустить ситуацию.
— И все же, — я бросила виноватый взгляд на ресторан. — Это было неправильно. А что, если это вычтут из её зарплаты? Официанткам и так мало платят.
Роуди покачал головой, как будто сказанное