Когда он узнал он нас с Рэном, пригрозил ему такой расправой, что у меня кровь застыла в жилах. Понятия не имею, как мне удалось до него докричаться и убедить не трогать Рэна. Я брала всю вину на себя, убеждала, что одна являюсь причиной всей этой ситуации. Он обещал, что не тронет… Но все же встречался с ним. Не знаю, о чем они договорились, но Рэн покинул пост коллегии…
…И наступила еще более зловещая тишина. Конечно, я не надеялась увидеть его еще когда-нибудь. Но тогда мне обрубили всякие «быть может», которые, как оказалось, держали меня и не давали захлебнуться.
— Пап, может, поедем отсюда? — подала я голос.
Он резко обернулся и отчаянно глянул на меня:
— Мне сказали, он лучший, — жестко напомнил он. — Если не сможет — тогда и поедем.
Я только сцепила зубы и вздохнула, переводя взгляд в окно. Мне было уже все равно. Я привыкла.
А еще у меня был план. Побега. Самое болезненное — смотреть, как мучаются со мной родители. Как стелят каждую ночь кровать, не позволяя уйти в клетку, что я себе заказала… Матери стало плохо, когда мне ее доставили. Она кричала так, как никогда раньше — страшно, с воем и слезами, что только через ее труп она мне позволит там спать. И я продолжала стойко делать вид, что все по-прежнему. Будто я сумасшедшая. Только и всего.
— Надеюсь только, что ты не начнешь с запугиваний, как с директором академии? — усмехнулась я.
Отец только гляну на меня сурово, но ничего не сказал.
Входные двери открылись, и внутрь вошли двое. Первого я уже знала — тот самый директор академии. Скользнул по мне недовольным напряженным взглядом и посторонился, пропуская второго:
— Мистер Райт, мисс Райт, — обратился он к нам, — разрешите представить вам Джастиса Карлайла — специалиста по генным мутациям и выдающегося специалиста в области женского репродуктивного здоровья…
Не ожидала, что этот специалист окажется таким молодым. И таким дерзким. Отец протянул ему руку, но он только пожал плечами, усмехнувшись — его руки были заняты вещами, которые обычно стоят на рабочем столе. Его начальник раздраженно выдрал из его рук ноут, чтобы рукопожатие состоялось, а с моих губ сорвался смешок. Да уж, действительно — выдающийся специалист.
— Робин, — укоризненно качнул головой отец.
— Все нормально, — улыбнулся «выдающийся специалист». — Способность веселиться, будучи в кабинете моего начальника — признак здоровой психики.
Его начальник в этот момент особенно громко приложил ноутбуком об стол.
— А у вас слаженная команда, — оскалилась я и протянула доктору руку: — Робин.
— Джастис, — пожал он ее осторожно, улыбаясь, и вдруг добавил: — Мы с ним не команда — он меня шантажирует.
— Мистер Карлайл… — укоризненно скривился его босс.
— Нет-нет, продолжайте, — сложила руки на груди, усмехаясь. — Чем вам пригрозили в случае неудачи со мной?
— Робин, — угрожающе предостерег отец. — Позволь мне…
— Что? — перебила с вызовом. — Угрожать врачам, которые могут мне помочь? Думаешь, они так лучше работать будут?
— Робин, давай потом поговорим…
— И чем вам угрожают? — потребовала я у своего доктора.
— Знаете, мне постоянно чем-то угрожают, я привык, — мягко улыбнулся он. — И хуже точно не буду работать…
— Мистер Райт, — влез его коллега, — мисс, не стоит переживать по поводу условий, на которых будет работать доктор Карлайл. Уверяю вас — его заинтересовали не только материальной компенсацией, поэтому давайте перейдем к делу…
Переходить к делу было всегда непросто. Для меня это значило, что меня ждет ряд неприятных признаний, каждый раз возвращающих меня в то утро.
— Доктор Карлайл еще не в курсе дела, — заметил главный. Неприятный, кстати сказать, тип.
— Тогда давайте мы с ним и поговорим, — предложила глухо.
Доктор пристально глянул на меня, потом перевел взгляд в окно. Будто ему и не интересно вовсе. Ну и так даже лучше — какая мне разница, если я все равно планирую сбежать?
Отец наградил меня долгим недовольным взглядом, будто хотел прочитать мысли, но в итоге кивнул. Новый доктор ему явно не нравился — не трепетал перед его авторитетом и вообще чхать хотел на угрозы.
— Хорошо. — И обратился к главному: — Организуйте им комфортные условия для разговора и необходимых обследований.
— Мой кабинет подойдет, — ехидно усмехнулся Джастис.
— Ну да, — неприязненно скривился его начальник и направился к столу. Через один звонок и пятнадцать минут мы с ним сидели один на один в просторном кабинете, ничем не уступающем предыдущему. Только к нему примыкала индивидуальная смотровая.
Я ожидала, что док будет доволен, но он только брякнул свой компьютер на край стола и повернулся ко мне:
— Рассказывай.
Сам присел на край стола и сложил руки на груди. Значило ли это профессиональную готовность слушать или абсолютное равнодушие к моему делу — понятия не имела. Да и мне не было интересно.
— Можно сначала вопрос? — И я сложила руки в карманы штанов. Обратила внимание, что он даже не предложил мне присесть, но я бы и не смогла. Так хорошо меня чувствовал? Или чхать хотел? — Чем вам угрожают и что нужно сделать, чтобы вы остались довольны?
Он удивленно вздернул бровь:
