Ей не терпелось поскорее поговорить с Аннапурной. Притворившись, что у нее болит голова, она попросила Дуэйна отвезти ее домой. Там она приняла напроксен, чтобы Дуэйн знал: жена твердо намерена избавиться от головной боли до того, как они встретятся во время обязательной кульминации романтического вечера. Затем Мони заперлась в спальне со словами: «Дай мне полчаса, чтобы прийти в себя, милый» – и схватила телефон.
Сначала она позвонила Аннапурне и спросила:
– Приключения, тайна, преступление или любовь?
– В смысле?
– Просто отвечай. Не думай. Размышления все осложняют. Быстро ответь: приключения, тайна, преступление или любовь?
– Кто это? Моего номера нет в телефонной книге.
– Аннапурна, а ты сама как думаешь? Спорим, ты сто лет не разговаривала с братьями, сестрами или родителями?!
– А! Мони.
– Вот именно «А! Мони». Сегодня у нас с мужем свидание. У меня полчаса до секса с Дуэйном. Давай ближе к делу. Приключения, тайна, преступление или любовь? Я имею в виду книги. Выбирай.
– Это не так просто.
– Почему?
– Я бы назвала не меньше двух.
– Ладно. Хорошо. Придумаем что-нибудь. Говори.
– Наверное, тайна и любовь. Они ведь часто идут рука об руку.
– Главный герой женат или нет?
– Разве это важно?
– В нашем случае да. Важно. Довольно важно.
– Тогда женат. Если не с самого начала, то под конец. Почему бы не попробовать что-нибудь новенькое?
– Наши дни?
Аннапурна на мгновение задумалась.
– Я всегда была неравнодушна к эпохе между мировыми войнами. Удивительное чувство стиля, настоящий взрыв энергии, счастье выжить и так далее.
– Ты уверена? А как же Великая депрессия?
– Тогда двадцатые. Или тридцатые в обществе человека, который не вкладывал деньги в ценные бумаги.
– Страна?
– Мне нравится Англия.
– Ты там бывала?
– Только в книгах, конечно. На какие шиши? Но я уже сто лет там не была. Ты же знаешь, я больше не путешествую.
– Правда? Какая жалость! Но это не важно. Пора приступать к делу. Встретимся на нашем старом месте. Ты знаешь где. Заведи будильник и приходи к пяти утра. Мы разберемся с «Грандиозно!» раз и навсегда.
– Но Милдред…
– О Милдред я позабочусь потом. Она заработала кучу денег, так что может закрыть лавочку и жить припеваючи до конца жизни. Просто приходи на встречу к пяти, зная, куда ты хочешь отправиться.
– Я не уверена, что могу…
– Так! Послушай меня, Дженет Шор. Разве ты не устала? Разве тебе не надоело уговаривать Томов, Диков, Джемайм и Одри выбирать «Холодную гору» вместо «Унесенных ветром»? Хоть кто-нибудь просил «Холодную гору» сам, без подсказки? Можешь не отвечать.
– Одна женщина попросила отправить ее в книгу «Последняя оставшаяся в живых вдова конфедератов рассказывает все».
– Прекрасно. Чудесно. Надо все это отметить. Увидимся в пять. Не опаздывай.
Затем Мони позвонила Милдред – на мобильный, потому что не хотела с ней разговаривать. Час был поздний, и она ничуть не сомневалась, что Милдред давно легла в кроватку и наслаждается сном, в котором отказывала бедной Аннапурне.
– Лавочка на завтра закрывается, – сказала она в трубку, услышав сигнал автоответчика. – Я забираю Аннапурну с острова на весь день. Ей нужно отдохнуть. Можешь не утруждать себя звонками и спорами. Когда ты получишь это сообщение, мы уже уедем.
На этом подготовка была завершена. Остаток ночи Мони посвятила Дуэйну. К счастью, много времени ему не потребовалось. Он всегда быстро делал свое дело и засыпал. Как правило, ему хватало десяти минут, чтобы скатиться с жены и захрапеть, как умирающий гладиатор.
Она вылезла из кровати, отправилась на кухню и приготовила обеды детям. Ее не будет дома, когда они отправятся в школу, и приготовить им завтрак она тоже не сможет. Она достала овсянку моментального приготовления, орехи пекан и банку меда. Очистила от листьев клубнику, наполнила ею большую корзинку, налила молоко в кувшин и поставила на лед. Написала каждому ребенку записку с сердечками, приветиками и поцелуями. Пообещала, что будет дома, когда они вернутся из школы. Затем собрала обед для мужа и написала ему примерно то же самое. В конце концов, у нее есть обязанности, как бы она ни мечтала от них избавиться. Она сделала выбор и должна с ним жить. Она лишь надеялась, что Аннапурна наконец сделает свой.
Без пятнадцати пять она погрузила в машину все необходимое и поехала на кладбище Лэнгли, осторожно пробираясь меж холмистых полей старой городской фермы и высматривая завтракающих оленей. Было еще темно, но рассвета оставалось ждать недолго. Небо над Каскадными горами за проливом уже прочертили абрикосовые полосы, когда Мони вырулила с подъездной дорожки на улицу. Она припарковалась как можно ближе к мемориальному саду, разбитому в честь кремированных жителей Лэнгли, взяла с собой все необходимое и собиралась направиться к старому сараю для садового инвентаря, когда огни фар повернули с Аль-Андерсон-роуд и машина проехала мимо старого кирпичного столба у входа на кладбище. Через несколько мгновений Аннапурна присоединилась к Мони.
