– Мне было приятно собирать все это для тебя.
Эллен взяла папку и прижала к груди. Ее доброе лицо сияло от счастья.
Много чего может поменяться за один день, кроме разве что февральской погоды. Энни порадовалась, что надела плотный свитер с воротом, серые шерстяные брюки и пуховик. Она остановилась у гавани – полюбоваться на проходящую белую яхту, сверкающую в лучах рассвета. Прикрывшись рукой от солнца, Энни прочитала на борту название: «Горячая штучка». Что бы это значило? Владелец яхты – либо состоятельная праздная дама, либо мужчина, выставляющий напоказ свои фантазии. Или воспоминания.
Энни с улыбкой включила свет в «Смерти на заказ» и поздоровалась с Агатой.
– Прости, киса. Повар, который обычно готовит завтрак, смылся в Калифорнию.
Она поспешила к буфету. Когда кошка принялась уплетать еду, Энни включила кофеварку. Надо бы распаковать последние поступления…
– Энни! – утреннее спокойствие нарушил пронзительный крик. Раздались торопливые шаги. В магазин ворвалась Эллен Галлахер, заплаканная, с перекошенным лицом. – Кто-то забрал книгу. Утром я пришла на работу и нашла пустой чехол. Я обыскалась ее, но так и не нашла. Книга пропала. Пропала, пропала…
Бравый инспектор Хила Харрисон, в униформе цвета хаки и подпоясанной куртке с надписью «Полиция» на спине, осмотрела окно, выходящее в узкий проход, который вел в проулок. Рама была перекошена, защелка поднята. Опустившись на колени, Хила сунула голову внутрь, после чего поднялась и взглянула на Эллен Галлахер:
– Следов взлома не видно. Но кто-то явно передвинул стол, чтобы забраться внутрь. Вы держите окно запертым?
Эллен, одетая в тонкую хлопчатобумажную блузку и черную трикотажную юбку, вздрогнула и нервно сглотнула:
– Оно не закрывается. Я не могу его закрыть.
Энни взглянула на окно. Забраться внутрь было проще пареной репы. Ночью, когда в гавани пусто и все магазины закрыты, кто угодно мог залезть в окно.
– Хила, а камеры наблюдения что-нибудь засекли?
Холодные зеленые глаза Хилы просканировали тротуар. Затем она вздернула указательный палец:
– Они установлены так, что окно в них не попадает, но я все равно проверю. И отпечатки пальцев поищу, хотя опытные грабители обычно их не оставляют.
Энни сомневалась, что вор забрался в магазинчик с голыми руками. Даже погода располагала к тому, чтобы надеть перчатки. Она была уверена, что преступник методично расшатывал старую раму, пока та не распахнулась.
– Давайте войдем внутрь, – бесстрастным, как всегда, голосом произнесла Хила, – и послушаем, что мисс Галлахер может рассказать о пропаже.
В магазине стояла настоящая стужа, но окно нельзя было закрыть, пока Хила не проверила его на отпечатки. Ничего не нашлось. Все три женщины собрались у рабочего стола. Эллен, выжатая как лимон, говорила монотонно. Энни осмотрелась. Заметив в груде тряпья шерстяной платок, она подняла его и накинула на поникшие плечи подруги. Хила внимательно слушала, время от времени делая пометки в блокноте. Эллен рассказала о письме из дома престарелых, о давней маминой подруге, о том, как она перевела деньги за пересылку коробки, решила, что книга Агаты Кристи может оказаться ценной, и принесла ее Энни.
Энни тут же вспомнила радостный взгляд помолодевших глаз Эллен. Теперь они снова стали мутными и пустыми.
Хила осмотрела стол:
– Значит, книга была в розовом чехле. Помните, где вы ее оставили?
Эллен заторможенно обошла стол и указала под столешницу:
– Здесь, на внутренней полке, рядом с гроссбухом и коробкой для денег.
Узкое лицо Хилы не выражало ровным счетом ничего. Но Энни легко могла представить, о чем думает инспектор. Книгу стоимостью от ста до ста семидесяти пяти тысяч долларов оставили в столе, в магазине без сигнализации и системы видеонаблюдения, да еще и с незакрывающимся окном. Конечно, ночные патрули порой проходили здесь, посвечивая фонарями, но воровство на морском острове, куда попадали лишь по паромной переправе, не процветало. В окрестных деревнях случались кражи, а в летний сезон, с наплывом туристов, кое у кого пропадали колесные колпаки и мобильные телефоны, но из магазинов на променаде крали чрезвычайно редко.
Хила постучала ручкой по блокноту:
– Кто еще знал о книге?
Эллен задумчиво подняла руку и почесала щеку, затем стыдливо покосилась на Энни.
Та не удивилась. Эллен не упустила возможности похвастаться. Она была открытой и наивной, и вчера, во второй половине дня, любой мог заметить ее радостное волнение.
– Кому вы рассказали? – спросила Хила.
Худые плечи Эллен поникли.
– Я не думала, что это мне навредит, – печально призналась она. – О чем я вообще думала? Я так обрадовалась, что сразу решила написать Джинни. Тут зашла миссис Бенсон, и я выложила ей все как на духу. Нет, не все. Не было ни слова о разговоре с Энни. И я не собиралась говорить, сколько стоит книга. Никому не рассказала…
Хила перебила ее:
– Так, давайте-ка по порядку. Вы рассказали о книге нескольким посетителям. Кому?
Эллен вцепилась пальцами в края платка и плотнее укуталась в него.
– В полтретьего заходила Нэнси Бенсон. Она искала…
