Его руки и губы стали опять исследовать тело женщины.
-- Бог мой! Как хорошо! - пронеслась мысль у Марины. - Только бы Сашенька не проснулся.
И моментально забылся сон, что столько времени терзал женщину, больше он не повторялся, муж снился очень редко, и никогда не говорил с ней.
Алексею впервые в эту ночь приснились умерший друг и маленькая дочка. Леша очень редко видел сны. Рыжий Гошка шел по изумрудному полю и нес на руках маленькую девочку - его Машеньку. Вдруг он увидел Алексея.
-- Машенька, - сказал друг девочке, - вот твой папа.
-- Нет, - сказала девочка. - Ты мой папа теперь. Я знаешь, как ждала тебя. Я плакала одна, без тебя.
Девочка обхватила своими ручонками Гошку за шею, положила на плечо головку.
-- Ты, Леш, не сердись на неё, - виновато сказал Гоша. - Она скучала по тебе. Увидела вот меня, прибежала, стала папой звать. Я рад этому. А у тебя еще будет дочка.
Рыжий Гошка ушел по изумрудному полю, унося на руках весело смеющуюся Машеньку. Там вдали его ждали родители, тетя Инна и... дядя Саша.
-- Внучку ждут, - подумал Алексей и почувствовал, как его целует Марина, нежно, стараясь не разбудить.
-- Марина. Солнышко мое, радость моя, - сразу откликнулся мужчина. - Мой живой родничок, неиссякаемый. Я люблю тебя.
Он хотел ей рассказать свой сон, но не до этого было. Больше воспоминания о дочери не вызывали такой сильной боли, наверно, потому, что рядом была чуткая, все понимающая Марина. И еще, Алексей знал, как это глупо ни звучит, что вместе с его Машенькой теперь Гошка. И пусть девочка говорит ему "папа". Ей хорошо, Гошка о Машеньке заботится, а это главное.
Утром Сергей и Тимофей какое-то время ждали Алексея в машине. Тот запаздывал. Тимка начал дергаться, нервничать. Взял в руки недавно купленный сотовый телефон. Немногословный, как всегда, Сергей сказал:
-- Не звони. Лешку, наверное, не надо сегодня ждать. Я, так думаю, у них с Маринкой всё наладилось.
-- Думаешь или знаешь? - повернулся Тимофей.
-- Ну, знаю, - ответил тот.
-- Чего ты знаешь?
-- Вместе они сегодня спали.
Тимофей помолчал минуту, потом облегченно вздохнул:
-- Слава Богу! Чего тогда молчал сидел, поехали, без него обойдёмся.
Минут через пятнадцать их нагнал звонок мобильника Алексея:
-- Почему меня не подождали? Я немного проспал.
-- А ты сегодня ночью вообще спал?
-- Ну... чуть-чуть совсем... Но я вполне бодр и работоспособен.
-- Ты лучше скажи, как у вас с Маринкой дела?
-- Мы с Мариной обязательно поженимся.
-- И родим кучу детей, - это крикнула в трубку Марина.
-- Желаю счастья, - почти прокричал Тимка и, выключив телефон, сказал Сергею. - Рассказывай, как воздействовал на Маринку.
Вечером друзья поздравляли с помолвкой Алексея и Марину. Интересовались свадьбой.
-- Мы без свадьбы, - сказала Марина. - Какая еще свадьба, у нас Сашенька. И у нас обоих это не первый брак.
Поженились Алексей и Марина очень скоро, через неделю, без пышного торжества. У Тимки всюду были связи. Но вечером все близкие собрались, кричали "Горько", желали много счастья. Марина светилась от радости. Спокоен и счастлив был Алексей. Все также не спускал с рук сына. Но ни разу не назвал Марину её прошлым прозвищем - Журчеек. Он звал её Родничком, Ключиком.
-- Ты вдохнула в меня жизнь, - объяснил мужчина. - Ты живой источник моей радости, моей жизни.
-- Нет, - обнимала его жена. - Это ты заставил меня почувствовать живой, нужной. Лешка, знаешь, как я тебя люблю. Мне порой страшно делается. Вот ты с Тимкой уходишь на работу, а я весь день вспоминаю тебя, твои руки, слова, как ты меня обнимаешь. Я, наверно, полная дура.
-- Ты моя любимая Маринка, мать моего сына. Мой живой Родничок, который никогда не иссякнет.
И потянулись обычные счастливые дни. Ничто не нарушало их хода. Девчонки озорничали, объедали малину и воровали зеленые сливы. Валюша грозилась отстегать их крапивой. Они прятались за надёжную грудь деда. Тот утверждал, что сам просил нарвать ему немного ягод.
-- Захотелось чего-то мне ягодок, - удивленно говорил он. - Ту уж, Валя, не сердись на девочек. Это я их послал.
-- Папа! Я понимаю, когда вам малинки захотелось, - укоризненно говорила Валя. - Но сливы зеленые зачем рвать?
-- А что, девочки сливы рвали? - спохватывался старик.
-- Да, - ехидно подсказала Маринка, - дедушка хочет зеленых сливок, так они сказали.
-- Значит, хочу, дочка, хочу, - тут же согласился Александр Иванович. - Правильно говорят, что малый, что старый... Сливок зеленых так захотелось.
Валя засмеялась.
Старшая сестра.
Но как-то покой их деревенского лета был нарушен.
В субботу после обеда, когда взрослые прятались в тени беседки, в калитку несмело постучал кто-то. Пошла открыть Марина. Вернулась она в сопровождении женщины, старше их лет на десять.
-- Алла! - удивлённо воскликнул Алексей, узнав в вошедшей сестру своей погибшей жены Анны.
-- Алёша? - удивилась та не менее его. - Откуда ты здесь?
-- Что случилось, что-нибудь...- Он хотел сказать с Машенькой, но сообразил, что вопрос нелепый, и продолжил, - почему не сообщила, что приедешь, я бы тебя встретил.
