В настоящее время я пользуюсь услугами LLC компании (
Я делала это раньше, и это был худший опыт в моей жизни.
Именно это отдалило меня от Паркера Каллахана, когда я нуждалась в нем больше всего.
Это заставило меня тосковать по мужчине, укравшем мое сердце и бросившем меня ради жизни, частью которой я никогда не смогу стать.
― По крайней мере, раньше я писал нашу музыку, ― проворчал он, прерывая мою меланхолию.
― Что ты имеешь в виду?
― У меня... ― Его выдох был настолько тяжелым, что я почувствовал его горечь через телефон. ― У меня писательский кризис.
― Черт. Это отстойно.
― И не говори. В скором времени мы должны начать работу над нашим новым альбомом, но у меня нет текстов песен. Сомневаюсь, что наши фанаты будут в восторге от музыкального альбома без песен.
― Скорее всего, нет, ― согласилась я. ― Почему вы хотите записать альбом во время гастролей? Такое ощущение, что вы ограничены во времени, и не думаю, что это помогает избежать стресса.
― Аспен, наш менеджер, сделала все возможное, чтобы мы дошли до этого момента. Это наш год, чтобы добиться всего, ради чего мы упорно работали, и превратить в нечто грандиозное. А это означает, что мы должны постоянно продвигать свой контент.
― Ух ты. Это огромное давление.
― И не говори.
― У меня нет сомнений, что у вас все получится.
Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не предложить свою помощь, не желая еще больше связывать себя с ним. Раньше, когда мы вместе писали музыку, это было напряженно и интимно. Поставить себя в такое положение ― всё равно, что просить причинить еще больше боли.
― Да, ― вздохнул он, но это прозвучало неубедительно. Еще раз глубоко вздохнув, он сменил тему: ― Где ты сегодня?
― Смоки-Маунтинс, на границе с Теннесси, в Джорджии. А ты?
― Что? Не следишь за нашим гастрольным расписанием?
― Да, точно, ― усмехаюсь я. ― Не знаю, думаю, где-то между Сиэтлом и Майами.
― Мммм, ― сказал он с сомнением. ― Мы сейчас в Сан-Диего.
― Старая добрая Калифорния.
― Ты там была?
― Пока нет. Но хочу. Мне бы хотелось прогуляться по Сьерра-Неваде (
― Тебе бы там понравилось, ― согласился он.
― Ты был там? ― спросила я, завидуя, но желая услышать его историю.
― Однажды мы совершили небольшую пешую прогулку до альпийского озера. Орен и Броган, по всей видимости, хотели искупаться нагишом в ледяной воде.
― О боже. ― Я засмеялась, представляя себе это. ― Ты тоже это делал?
― Черт, да. Это был долгий поход.
― Завидую.
― Когда-нибудь я отвезу тебя туда, ― тихо пообещал он, словно если скажет слишком громко, то я убегу. И, честно говоря, мне этого очень хотелось.
Его обещание лишило меня возможности дышать. Мы могли избегать разговоров о прошлом, но это не означало, что оно не давало о себе знать с помощью простейших слов. Его заявление было произнесено так легко ― но в нем был заложен такой разрушительный смысл, стирающий налет лжи, за которой я пыталась спрятаться.
― Сегодня прекрасная ночь, ― прошептала я, меняя тему разговора.
― Теперь завидую я, ― пошутил он. ― Я застрял в отеле, и у нас льет дождь
― Фу.
― Скажи, что тебя окружает. Расскажи, где находишься, ― спросил он. ― Я лягу на кровать, закрою глаза и представлю, что нахожусь вместе с тобой в фургоне.
Дышать стало еще тяжелей. В горле пересохло.
Закрыв глаза, я, как и множество раз до этого, представила, его опускающимся на матрас рядом со мной. Сколько ночей я смотрела на небо и мечтала, чтобы он был рядом? Сколько раз, закрыв глаза, представляла его, разделяющим со мной жизнь, о которой мы мечтали в детстве?
Слишком много, чтобы сосчитать.
Больше, чем хотелось бы признать.
И его голос, звучавший в моем ухе, был ближе к реальности, чем мои мечты. Я просто не знала, с чем связана эта реальность. Столкнувшись с этим сейчас, я беспокоилась, что это принесет больше боли, чем я могла перенести.
Глубоко вздохнув, я сглотнула и, открыв глаза, посмотрела на звезды.
