Присутствующие после категоричных слов Трима Тоски и подумать не могли, что у Ягулче Дримского не спросили согласия на ведение такой высокопрофессиональной работы, зная, что на такие должности назначались проверенные и преданные партии кадры. Инженеры по строительству гидроэлектростанций, прослушав убедительную речь Трима Тоски, не сомневались в достоинствах Ягулче Дримского с партийной точки зрения, но у них вызывал недоверие уровень его подготовки как специалиста. Однако дискуссии быть не могло. Последнее слово было за партией. У Ягулче Дримского хватило мозгов, чтобы понять, что его ставят на эту должность не ум показывать, а силу. Какую и против кого, пока ему не было ясно. Но рядом была партия, ее дело — думать.
Ягулче молчал. Он часто говорил, что молчание иногда золото, а иногда обман, да кто разберет, что оно такое есть в каждый конкретный момент. Ягулче был в нерешительности, потому что не знал, пора ли произносить ответные слова благодарности. Но не ему было решать, когда ему следует говорить. Поэтому-то Ягулче Дримский ни слова не проронил. Так и стоял молча. Трим Тоска дал ему знак, чтобы он сел.
— А сейчас, — сказал секретарь, когда в зале установилась полная тишина, — слово имеет товарищ Сретен Яворов.
Представитель Центрального комитета, приветствуемый бурными аплодисментами присутствующих, подошел к микрофону, подправил его под свой рост и начал речь:
— Товарищи, мы шагаем к коммунизму и делаем это намного быстрее, чем это когда-то могли себе представить наши выдающиеся стратеги. Освободительный марш Сталина будет продолжен нашим рабочим классом, который направит свой энтузиазм на обустройство страны. Великие люди, планирующие развитие на республиканском, федеральном уровне, со всех краев социалистического, братского содружества, указали нам, как каждый уголок нашей страны превратить в цветущий рай. Рай на земле существует там, где люди его заслуживают. Наши прославленные ученые и специалисты с помощью экспертов из братских социалистических стран пришли к выводу, что наши воды таят в себе миллиарды киловатт-часов электроэнергии.
Мы укротим все воды озер и рек, включая и эту нашу реку. Украсим Озеро ожерельем из гидроэлектростанций. В прошлом никто до этого не додумался. Вода потечет быстрее, давая людям свет. Нашим ученым известно, как осветить наш райский сад коммунизма.
В заключение, товарищи, от имени Центрального комитета партии желаю вам больших успехов в осуществлении этой исторической задачи. А Вам, товарищ Ягулче Дримский, желаю успешной работы во главе Дирекции во имя процветания нашей великой партии и наших народов.
Раздались аплодисменты. Все встали. Ягулче Дримский встал первым. Встал первым, но не знал, следует ли ему хлопать или нет — как бы другие не подумали, что он рукоплещет сам себе. Ягулче старался казаться спокойным. Секретарь Трим Тоска на этом закрыл торжественную часть заседания и объявил, что рабочая часть состоится после полудня. На ней будут представлены планы строительства первой гидроэлектростанции на реке, вытекающей из Озера, а эксперты выскажут насчет этого свои мнения, при этом и политики молчать не будут.
Ягулче Дримский сиял от радости. Этот день был самым счастливым днем в его жизни. Медаль блестела на его груди, рядом с сердцем. По тому, как время от времени подрагивала медаль, было видно, как бьется его сердце…
Ягулче Дримский почувствовал себя заново родившимся. Ему было радостно, как в праздник. Он сразу взял инициативу в свои руки. Для секретаря Трима Тоски и для представителя Народного фронта организовал прогулку по Озеру в большой лодке озерного патруля. Лодка летела по воде, разрезая синюю гладь и оставляя за собой волны. Ягулче Дримский был счастлив. Казалось, еще немного — и он полетит к небу.
Ягулче вдруг понял, что теперь он сильнее любого из местных руководителей. Имеет доступ к республиканскому секретарю, курирующему экономическое развитие страны. Правда, пока он вел себя с ним сдержанно, побаивался, как бы не переборщить. Сильным, очень сильным почувствовал себя Ягулче на озерных водах… Когда Ягулче мыслями вновь оказался на земле, он приказал рулевому патрульной лодки свернуть к монастырю Святого Наума на самой границе между Албанией и Югославией.
Вскоре показались очертания монастыря, находящегося на вершине скалы. Патрульная лодка остановилась у причала рядом с источниками, воды из которых, бурля, вливались в Озеро. Только их шум и нарушал тишину в этом прекрасном месте. Прежде чем соединиться и единым потоком влиться в Озеро, воды образовывали небольшие озерца — райские заводи, в которых была собрана вся неповторимая красота природы. Эти озерца были не глубокими, а вода в них — кристально чистая, так что взору открывалось озерное растительное царство во всем его многообразии, переливавшееся невиданными красками, в которых преобладали оттенки синего и зеленого. Тут же гордо плавали прекрасные белые лебеди.
