Я поискал другие имена. Сауль. Тоже библейское имя, тоже еврейское. Означает «желанный». В самую точку для человека, представлявшего собой чистейший соблазн. В поисках древних имен добрался я и до Арасели. «Ара» означало камень, расположенный в центре алтаря, на который возносили подношения; «сели» происходило от латинского
Я вспомнил алтарь Матр в Барбакане, алтарь нимф в Араиа, недалеко от Сан-Адриана.
И в какой-то момент, уже на рассвете, когда ранний свет пробивался сквозь щели в закрытых ставнях, я вдруг со всей очевидностью увидел то, чего не желал видеть до тех пор.
Клон Аннабель Ли, который вышел замуж за Асьера и все время держался рядом, в нашей компании, спец в информационных технологиях, без труда взломавший мой телефон; кто-то, у кого были веские основания убить Аннабель, когда выяснилось, что та беременна, — возможно, этот неизвестный считал, что отцом был Асьер. И длинные черные волосы на куртках Хоты и Аннабель. Она была с обоими незадолго до их смерти. Я был почти уверен, я знал, что ДНК подтвердит мою теорию.
Я вспомнил, что говорил мне Матусалем в склепе Нового собора, пересказывая историю названия компании «Циско»: «Допустим, мы не знаем слово целиком, но одной его части достаточно, чтобы иметь собственное значение».
Сколько раз я называл Арасели «Ара», не думая о связи ее имени с жертвенниками Матр?
Не могла ли наша неуловимая Ребекка скрываться за личностью Арасели?
22 января 2017 года, воскресенье
Я дождался разумного часа и около девяти утра отправил Арасели сообщение на «Ватсап». Видимо, она не спала, потому что ответила сразу.
— Мы можем встретиться и позавтракать, Ара?
— Вдвоем или с Асьером?
— Вдвоем, ты и я.
— Я уже позавтракала. Жду тебя у средневековой стены, где мы встречались в ночь свечей.
Мне показалось, что это хорошее место, чтобы поговорить наедине, не слишком подставляясь. Стена располагалась в самом центре, но в воскресенье утром там не было практически ни души.
Мы договорились на час. Я простился с дедушкой, который не переставал звонить на отключенный мобильник Германа, и направился в Виторию. Под глазами у меня залегли темные круги, как у запойного пьяницы.
Арасели ждала меня, больше чем когда-либо похожая на Аннабель Ли, в патио дворца Эскориаза-Эскивель, в самом сердце Средневекового квартала. Было холодно, низкое небо грозило дождем. Мы сидели спиной к стене.
Я предпочел не тратить время впустую и сразу взял быка за рога.
— Ты не знаешь, где Герман, Ара?
Она нахмурилась и бросила на меня подозрительный взгляд.
— Ты что, так до сих пор ничего и не выяснил?
Я печально покачал головой.
— Со вчерашнего дня я ничего о нем не слышала.
— Я знаю, что ты приезжала утром в Вильяверде. Ты хотела поговорить со мной?
Прямота моего вопроса ее смутила, и мысленно я взмолился неведомому божеству, чтобы она не солгала.
— Не с тобой. Я хотела поговорить с Германом.
— Да? И о чем же?
— Это… профессиональные дела. Ну и личные тоже.
Я откинулся назад; затем сопоставил одно с другим.
— Кажется, догадываюсь… Ты собираешься развестись и хотела кое-что с ним обсудить и посоветоваться, верно?
Она посмотрела на меня растерянно.
— Откуда… откуда ты знаешь?
— Я же брат адвоката. Ты представить себе не можешь, сколько людей из нашего окружения приходят к Герману за консультацией.
— Блин… у меня небось на лице все написано.
Я не стал рассказывать, что Асьер поделился со мной, в каком состоянии находится их брак; это был неподходящий момент.
— Зачем ты меня позвал, Унаи?
— Ты должна рассказать мне правду о женщине, которая погибла в туннеле Сан-Адриан.
Арасели расчесала пальцами пряди своей черной гривы, машинально пытаясь привести их в порядок.
— Я же говорила, что не знаю ее.
— Мы нашли длинные темные волосы на куртке, которая была на ней, когда она умерла. Я попрошу у судьи ордер на взятие образца твоего ДНК и сопоставление его с ДНК тех волос. Или ты будешь и дальше упираться?
Она нервно сглотнула слюну.
— Неужели ты готов проделать со мной такое?
— Я хочу выяснить, кто убил Хоту. Да, я проделаю это с тобой.
Арасели стиснула зубы и молча уставилась в землю. Я угадывал в ней бессилие.
— Хота мне все рассказал, — сказала она наконец.
— Что рассказал?
— Что у Аны Белен и Асьера что-то было. Хота был просто раздавлен, потрясен. А я переживала за него, он такого не заслужил…
— Значит, ты с ней познакомилась? — перебил ее я.
— Да, я встретилась с ней в середине ноября. За несколько дней до ее смерти. Залезла в телефон Асьера, отправила ей сообщение от его имени и назначила свидание. Я хотела быть уверена, что она придет.
— И что случилось? Вы поссорились?
— Нет, конечно, ссориться с ней было невозможно. Ей все были безразличны — что Асьер, что Хота… Просто отвратительно.
Я едва не улыбнулся, хотя ничего смешного тут не было.
— Да, это в ее духе. Но потом ты мне солгала, и это была не единственная твоя ложь. Ты была с Хотой в ночь его смерти?
