Водные ритуалы полностью

Я проигнорировал его замечание и взвалил лестницу на плечи. Чуть менее осторожно, чем следовало, поднялся по деревянным ступеням и заглянул в колодец. Его площадь составляла примерно три на четыре метра; дно едва виднелось сквозь воду, потому что на поверхности было полно веток и тины.

Я отправился за граблями. Постарался взять себя в руки и успокоиться, чтобы не обидеть деда.

«Он помогает тебе, дедушка по-своему тебе помогает», — твердил я про себя, но ничего не помогало.

Удерживая равновесие, я снова поднялся по шаткой самодельной лестнице и зашуровал граблями по дну.

Пару часов я в отчаянии прочесывал дно резервуара. Но из густых водорослей и гнилых веток удалось извлечь лишь тонну вязкого ила.

Дедушка появился перед обедом; выражение его лица было озабоченное.

— Пора тебе, сынок, что-нибудь перекусить, — сказал он мне, — ступай в дом.

Я покачал головой: как раз в этот миг я сосредоточенно исследовал один из углов, которые пока не успел разгрести.

— Этот мобильник ты даже на ночь не выключаешь. Нельзя же всю жизнь тыкать в него пальцами. Люди от тебя устанут.

— Нет… ннни… — Я попытался произнести «ничего подобного», но не сумел закончить фразу. У меня все еще недоставало нужных навыков, да и силы были на исходе.

Я вернулся в дом, чтобы пообедать с дедушкой. Горячий суп-пюре из кабачков немного согрел мою душу, но разум не покидал дно резервуара.

Слопав все каштаны, которые нажарил дедушка, я вернулся к спасательной операции. На сей раз сменил тактику: достал высокие рыбацкие сапоги и залез в колодец, несмотря на то, что вода была ледяная. Благословив длину своих рук, я пядь за пядью ощупал все двенадцать квадратных метров скользкого ледяного пола. И только поздним вечером, когда в деревне загорелись фонари, а ноги уже не чувствовали холода, наконец нашел то, что осталось от моего мобильного телефона.

Я знал об опасности короткого замыкания, поэтому первым делом вытащил аккумулятор. Отнес его в дом бережно, как полукилограммовый белый трюфель, и удалил влагу промокательной бумагой. Я знал, что надо оставить его на несколько часов в сухом, но не слишком жарком месте, и смирился с ночевкой в Вильяверде, еще не зная, воскреснет мобильный или нет.

Дед молча наблюдал за моими операциями и угрюмо помалкивал. Он знал, что нам предстоит разговор.

Я отправился к себе в спальню и в ящике ночной тумбочки отыскал лист бумаги.

«На этот раз ты перестарался, дедушка. В этом телефоне были все мои рабочие контакты и много фотографий, которых больше нигде нет. Это был мой кабинет, это была моя жизнь», — писал я четким разборчивым почерком.

— Жизнь твоя еще впереди, сынок, а ты гробишь ее из-за своей трусости. И если мы швырнули в воду пятьсот евро, чтобы ты хорошенько это усвоил, значит, оно того стоит. Я верну тебе деньги, не сердись, — примирительно сказал дед.

«Дело не в деньгах, дедушка. Дело не в деньгах. Не волнуйся об этом», — написал я ему на листке.

Иногда дед преподносил мне болезненные уроки, и, может быть, ему бывало тяжелее, чем мне.

Но дед был прав: мобильник был всего лишь предметом, который я наделил силой, превратив его в центр своего существования, в спасательный круг, или, как сказал Гектор дель Кастильо, костыли.

Наконец я удалился к себе в спальню и попытался уснуть.

На следующее утро, очнувшись от тревожных снов, я вскочил с кровати и кинулся к мобильнику. Собрал его, вставил аккумулятор, но он не включался. Я остался без телефона.

Я открыл ноутбук и обдумал варианты действий, затем сел в машину и помчался в Виторию покупать новый мобильный, без которого попросту не мог продолжить расследование.

Я не хотел, чтобы коллеги из отдела преступлений в области информационных технологий или Милан имели доступ к памяти моего мобильного телефона. Там все еще хранились сообщения, которыми мы с Альбой обменивались летом; их никто не должен был видеть.

Все это я обдумывал в течение некоторого времени, а затем, не слишком убежденный в правильности своего решения, отправил электронное письмо. «Голден, нужна твоя помощь. Срочно», — только и написал я.

Услуги Голден Герл, золотой ручки национального хакинга, стоили дорого. За внешностью язвительной старушки с белыми сединами скрывался вышедший на пенсию эксперт по компьютерной безопасности, который десятилетиями работал в «Циско» и дал бы сотню очков самым опытным хакерам.

«Я к твоим услугам, Кракен. Рассказывай, что тебе надо», — ответила она через минуту.

Я кратко описал историю утонувшего мобильника и через полтора часа встретился с ней в Витории, чтобы передать то, что от него осталось.

Голден жила в Кантоне-де-лас-Пульмониас, в одном из домов, выходивших во внутренний двор бывшей семинарии напротив площади Старого собора.