– Ты ведь всех этих оборотней-рептилий неспроста в школу пригласила? – спросил я нарочито небрежным тоном.
– В смысле? – Элла смерила меня презрительным взглядом, словно выброшенную на берег полусгнившую медузу. – Я им сказала, что школа классная и им здесь понравится. Ну и что? Ты, наверное, посоветовал бы своим кузенам-акулам то же самое. Если бы у тебя, бедной рыбёшки, были кузены.
Я сделал вид, будто пропустил оскорбление мимо ушей:
– Ты ведь предварительно не обсуждала приглашение с мистером Кристаллом? Не знала, как он на это отреагирует?
– Ты видел где-нибудь в Эверглейдсе какого-нибудь мистера Кристалла, которого я могла бы спросить? – Элла отвернулась от меня, будто всё это её нисколько не интересовало. – Чего ты, собственно, от меня хочешь?
– Узнать, что означала твоя странная фраза… Что мы, морские животные, скоро лишимся контроля над школой, – сказал я, чувствуя, что тоже начинаю свирепеть. – Мне кажется довольно подозрительным, что твоя мама готова платить за обучение всех рептилий, которые сюда явятся. Она что-то задумала, да? И этот план как-то связан со школой.
– Что за чушь! – Теперь Элла всё-таки ко мне повернулась. – Мама всегда поддерживала эту школу, а тут вдруг объявляется такой лузер, как ты, и начинает на неё наговаривать. Она просто великодушная, понял? Самая лучшая мама в мире, если хочешь знать. А твоя, наверное, самая паршивая, какую только можно себе представить.
Я стиснул зубы. Похоже, Элла заметила, что я почти не общаюсь с родителями. Ей только дай повод позлорадствовать. Но на этот раз я не потеряю самообладания – ни в коем случае. Даже отвечать не стану. Я с большим трудом заставил себя развернуться и уйти. Как раз вовремя: Токо с агрессивным видом уже направлялся ко мне.
Можно ли верить её словам? А этот выпад в сторону моей мамы, с запозданием подумал я, – может, лишь отвлекающий манёвр? Наверное, она просто хотела, чтобы я перестал её расспрашивать.
Как бы то ни было, зря остальные с улыбкой отмахиваются от всего, что имеет отношение к Элле и Лидии Леннокс. Я тоже поначалу так делал – и поплатился за это. Удалось ли дяде Джонни найти нам новую квартиру? Если нет – где нам ночевать, когда я приеду к нему в выходной?
На биологии у мистера Кристалла энергия у меня окончательно иссякла. Я ещё услышал, как Джером спросил:
– А мы будем проходить что-нибудь про Францию? Мой дедушка там был, поэтому у меня французское имя. – Он гордо вздёрнул подбородок.
– Нет, о Франции мы сейчас говорить не будем, – ответил ему мистер Кристалл. – Может, как-нибудь в другой раз. А сейчас у нас биология.
Джером снова отключился. Но и я, к сожалению, тоже. Мои усталые веки то и дело закрывались – я ничего не мог с этим поделать.
В какой-то момент я проснулся, лёжа головой на парте. Я испуганно выпрямился, вытирая слюну в уголке рта. Шари посмотрела на меня с тревогой, отчего мне сделалось ещё более неловко.
Джек Кристалл мне улыбнулся:
– Хорошо, что ты проснулся: не мог бы ты объяснить нам, почему каждый год акулы убивают около десяти человек, а люди – сотни тысяч акул?
– Жутко несправедливо, правда? – подхватил я. – Я читал, что молния попадает в людей чаще, чем их кусают акулы. Но люди всё равно страшно боятся акул и отрезают им плавники, чтобы сварить из них суп.
Акул боятся не только люди – оборотни тоже. Во всяком случае, большинство одноклассников снова странно на меня поглядывали. Как будто им не по себе, когда поблизости большая акула вроде меня.
После урока ко мне подошла Шари:
– Представляешь, сегодня рано утром родители опять меня навестили.
Ной от испуга подавился биодинамическим бутербродом с сыром и зелёными водорослями:
– Они узнали, что ты побывала в дельфинарии?!
– Нет, всё хорошо. – Шари улыбнулась нам и потрепала Ноя по плечу. – Я сначала не поверила своим ушам, когда они сказали, что как следует поразмыслили и решили: мне важно приобрести разный опыт, и поэтому они разрешают мне остаться в школе и больше не будут препираться с мистером Кристаллом. Разве не круто?
Мы все с облегчением выдохнули.
– Странно, что они так внезапно переменили мнение, – удивилась Блю.
Шари пожала плечами:
– Да, сама не знаю почему. Но это так океанисто!
Я открыл было рот, чтобы признаться ей, что говорил с её родителями, – возможно, поэтому они и передумали. Но тут, как назло, на меня с размаху налетели боровшиеся друг с другом Джером и Томкин. Я упал – хорошо ещё песка не наглотался. Конечно, мальчишки и не подумали извиниться – они меня вообще не заметили.
– Полегче, придурки! – осадила их Шари.
– Сейчас всё уладим, – пообещала Финни, стоявшая поблизости, и когда Томкин, мерившийся силами с приятелем, протопал мимо неё, она молниеносно подставила ему подножку. Мальчишки, сцепившись, рухнули на землю.
– Кто это сделал?! – прорычал Томкин, а мы напустили на себя невинный вид.
Вскоре рог-ракушка возвестил начало следующего урока – истории. Миссис Пелагиус, которая, как обычно, вела урок в обличье морской черепахи, всё ещё была выбита из колеи тем, что кое-кто из наших учеников пострадал.
