- Пойми, если суд состоится раньше, тебя точно посадят. У нас нет ни одного доказательства твоей невиновности. Ни единой зацепки.
- Анри, брось ты все, - спокойно и отстраненно сказал Лео, - если они хотят меня упрятать, пускай.
- Почему ты так безразличен? Почему не борешься за свободу? Как будто, это нужно только мне? – не выдержал Анри.
- Ты о ней не знаешь, даже не знаешь где она? Какой интерес мне до остального, если мне не известно, жива ли она? Не убил ли я ее, заразив ВИЧ? За это я готов отсидеть всю жизнь.
- Я пробовал набрать Дениз, но она не отвечает на мои звонки.
- Шесть месяцев, - повторял Лео, - шесть…
Сидя на стареньком, протертом диване, Дани разглядывала свои руки. Ногти подрезаны практически под корень, чтоб не мешали работать, потемневшие пальцы, ее изнеженная кожа превратилась в уставший, темный, покров. Когда-то ухоженный кисти совсем потеряли былой вид от постоянного нахождения то в земле, то в холодной воде.
- Внучка, сделай громче телевизор, новости начались, - крикнула бабушка из комнаты.
«Срочное сообщение: самолет, летевший из Антальи, рейсом 4620 потерпел крушение над Черным номер. Погибли 137 человек, в том числе пятеро членов экипажа. Сегодня началась поисково-спасательная операция по подъему тел со дна моря».
Дани ахнула:
- А, вдруг, что-то с Дениз и ребенком? Бабушка, пожалуйста, позвони маме.
- Зачем?
- Уговори ее дать мне номер телефона Дениз, я же не помню его наизусть. Такая беда случилась. Я, хотя бы, буду знать, что с ней все в порядке.
- Неси телефон, - бабушка тоже прониклась произошедшей трагедией, она не могла отказать внучке.
Дани вышла в кухню, пока бабушка разговаривала с Эммой:
- Будь человеком, ну! Продиктуй номер, мы позвоним и выясним, как дела у девушки. Тем более, у нее маленький ребенок. Не дай Бог такое горе!
- Нет и еще раз нет. Не уговаривай, мама. Дениз тоже оказалась в заговоре с Даниэлой. Она все знала про ее отношения с этим оборванцем. И молчала, приходила в наш дом и делала вид, будто все в порядке.
- А все и было в порядке, просто ты превращаешь эту ситуацию в катастрофу. Моя внучка стойко и молча переносит тяготы деревенского быта. Я знаю, что ей трудно привыкнуть к нашему образу жизни, но она еще ни разу не пожаловалась. Ты думала, что наказала ее, но она оказалась сильнее и умнее тебя. Заканчивай ты с этим. Четыре месяца ребенок не был дома. Ты ни разу с ней не поговорила, даже не спросила, как ее дела. Бесстыжая. Мне за тебя стыдно. Разве я такая жестокая мать для тебя была? Где ты научилась так обращаться с детьми?
- Мама, ты смотришь, со своей стороны. А я могу тебе сказать, что, если бы осталась она здесь, уже бы сбежала к этому потрёпанному жизнью аферисту, который узнал, что Дани – девочка из обеспеченной семьи. Она глупая, не понимает, что он нашел рядом с ней, зато я понимаю, - Дани слышала голос мамы, по ее щеке бежала слеза. Впервые, за четыре месяца, мамин голос раздавался из трубки телефона. Но говорила она совсем не то, что хотела слышать Дани.
- Ты не права, дочка. Не сбежала бы. Ты двадцать лет знаешь Даниэлу, живешь с ней, а я всего четыре месяца наблюдаю за внучкой. Она трудолюбива, мудра. Ещё, что-то мне подсказывает, что ты ошиблась в этом человеке, который ей приглянулся. А меня интуиция ни разу не подвела. Ты сейчас разбиваешь жизнь своему ребенку. Все, я отправлю ее назад, куплю сама билет, посажу на самолет и пусть спокойно летит домой. Работать, заниматься делом отца и дяди. Это ее жизнь, а не здесь, среди коров и кур.
- Ну уж нет. Этот урок она еще не усвоила. Я доверила тебе дочь не для этого.
- А для чего же?
- Сделай доброе дело, мама. Найди ей в деревне хорошего парня. Который будет работать, из нормальной семьи. Деньгами я им помогу, свадьбу сделаем в горах. И, пусть остается там жить. Мне позор среди окружения не нужен. Всем скажу, что Дани по своему желанию переехала, влюбилась, отказалась от компании Рафаэля. Все акции передам Гаспару. Он меня в нищете не оставит. Хотела я для дочери лучшей судьбы, но она сама захотела иного.
- Чокнутая, - тихо сказала бабушка.
- Что, мам? Плохо слышно, - переспросила Эмма.
- Ничего. Говорю, что выполню твою просьбу. Найдем жениха, не волнуйся.
- Хорошее приданное будет готово к сроку, который ты назначишь.
- Ладно, ладно. Все. Я кладу трубку.
- Ну что, бабушка? – спросила Дани.
- Твоя мать очень упрямая. Не дала нам номер телефона, - сказала она, погладив по щеке Дани.
- А что еще сказала? Про меня спросила?
- Ничего особенного не говорила. Поставь-ка чайник на плиту, поужинаем, выпьем чаю.
Перебирая списки библиотечных книг, Лео записывал их количество, состояние и названия. Это была его основная работа. Следить, чтоб книги возвращали в срок, содержать их в потребном состоянии. Целый день он провел с шариковой ручкой в руке. Вдруг, на глаза ему попалась тоненький журнал в мягком переплете, название его звучало так: «Альманах Альфа и Омега. Письма заключенных. Выпуск от сентября 2004 года».
- Письма заключенных, - подумал Лео, - надо попробовать.